Некоторое время все трое просто молчали. Тишина была настолько пронзительной, что Лиза боялась даже вздохнуть, чтобы не нарушить это безмолвие. Вместо неё это сделала Елена:

– Мне тоже жаль. Он был прекрасным человеком.

Том кивнул в подтверждение её слов:

– Да, был.

* * *

– Я уже всё рассказал. Какого ещё дьявола вам от меня нужно?!

Дональд Растер был крайне расстроен происходящим. На самом деле его бесило практически всё на свете в этот момент времени. Начиная от боли в правой руке, которая превратилась в уродливую культю, и заканчивая надменным выражением на лице громилы, который сидел напротив него за столом.

– О, мистер Растер, информация, которую вы нам сообщили, без сомнений, очень интересная. Но вы так и не ответили на вопросы о ваших таинственных партнёрах, которые помогли вам в нападении на верденский эсминец несколько месяцев назад.

Дональд оскалился:

– Кажется, мы это уже обсуждали, не так ли? С чего это я должен что-то знать об этом?

Серебряков чуть наклонил голову и холодно посмотрел на сидящего перед ним пирата, с трудом сдерживаясь, чтобы не избить его до полусмерти прямо здесь и сейчас.

– Я надеюсь, вы понимаете, что врать бесполезно? Девушка, которую вы держали на борту своего корабля…

– А, вы о той тупой сучке? Простая портовая шлюха, каких много. Я купил её на одной из планет Союза.

– Да что вы? А по её словам, она офицер ВКФ и попала к вам в плен, после того как вы совместно с ещё одним кораблём участвовали в нападении на верденский эсминец.

– О, да и вы ей поверили? Что за глупость! Впервые слышу про какой-то там эсминец. Я и мой корабль не бывали в системе Абрегадо уже полгода…

Он не успел договорить. Серебряков одним плавным движением поднялся со стула. Протянув руку, он схватил Растера за волосы и с силой впечатал его лицо в металлическую поверхность стола.

– Тебе лучше заканчивать этот цирк, тупая ты мразь, – практически прорычал Сергей. – Тебе повезло, что наш капитан придерживается местных законов и не стал вершить самосуд. Попадись вы в верденском пространстве, вас бы уже давно судили и приговорили к смерти…

Коммуникатор в его кармане завибрировал.

Отпустив Растера, Сергей встал из-за стола и прошёл к выходу. Электронный замок моментально отреагировал на его пропуск и раскрыл дверь, выпуская его из помещения. Уже сделав шаг за порог, Сергей обернулся и посмотрел на потиравшего лицо Дональда:

– Никуда не уходи.

Растер сплюнул на пол и проводил его кровавой улыбкой на разбитых губах.

– Чёртов ублюдок, как же он меня бесит. Знаешь, Исаак, тебе бы следовало отдать его мне в руки на пару часов. Обещаю, он бы заговорил.

– Знаю, но это не наши методы. Больше не наши. Ты прекрасно знаешь, что мы обязаны подчиняться законам того государства, в пространстве которого находимся.

Исаак Маккензи стоял посреди коридора, привалившись плечом к переборке.

– Да, Исаак, знаю. И это чертовски меня бесит.

– Ну, тут я ничего не могу поделать.

Серебряков привалился спиной к переборке и засунул руки в карманы форменного комбинезона.

– Раньше было проще. Ты мог бы просто выключить камеры на час-другой…

– Использование нейронных катализаторов запрещены в Вердене, – практически моментально ощетинился Маккензи. – Даже в Союзе отказались от их использования. Каким-то чудом…

– Исаак, я тебя умоляю. Мне бы хватило и простого ножа.

Представив, что действительно был бы способен сделать Серебряков, дай капитан «Фальшиона» ему эту возможность, Маккензи внутренне содрогнулся.