Жозефина благосклонно кивнула. Сильвия тут же подумала: жемчужина… Какое отношение это имеет к ней?

– И поскольку я знаю, что все вы, затаив дыхание, ждете объявления о том, кто будет Венерой… – Том был невозмутим.

Все замерли.

Замерла и Сильвия, надеясь и вознося молитву, чтобы только Том не назвал ее имя. Она не знала, чего ожидать от Тома Шонесси, и не сочтет ли он это своеобразным подарком для нее… или же, наоборот, посадит ее в раковину, зная, что Сильвия точно не желает там оказаться. Она, конечно, может и возражать, но надо считаться с тем, что Том Шонесси обеспечил ей на некоторое время крышу над головой.

Нет, все же этот мужчина – практичный человек, а из нее – плохая Венера.

Том выждал некоторое время, вероятно, давая возможность музыкантам настроить инструменты.

– Молли, выйди, пожалуйста, вперед.

Казалось, дружное восклицание девушек всколыхнуло занавес на сцене:

– О-о-о, Молли!

Послышались поздравления, в которых не чувствовалось удивления: превосходство Молли не подвергалось сомнению. Пожалуй, девушки искренне радовались за подругу.

Молли вышла вперед так, словно это была ее коронация, и буквально поплыла на сцену.

И когда она повернулась лицом к залу, ее торжествующая улыбка могла бы осветить весь ночной театр.

– Давайте поаплодируем Молли, – все так же серьезно предложил Том.

Раздались аплодисменты. И счастью Молли не было границ, когда рядом с ней встали Генерал и Том.

А Дейзи Джоунз демонстративно повернулась ко всем спиной и, преисполненная достоинства, направилась за кулисы – туда, где находилась ее бархатная розовая комната.

Сильвия наблюдала, как уходила Дейзи. Эта женщина никогда напрямую к ней не обращалась. Сильвия также ни разу не замечала, чтобы она общалась с кем-то из девушек. Дейзи строго соблюдала дистанцию между собой и остальными, считая всех ниже ее.

Подняв глаза, Сильвия увидела, что Том улыбается. А Генерал следил за величественным уходом Дейзи, и было трудно описать выражение его лица.

Молли училась, как правильно уместиться в раковине, а затем – медленно, как только раковина начнет раскрываться, – появиться из нее. Все девушки хотели попробовать это сделать, и Генерал, довольный успехом, не возражал. Том обсуждал с мальчишками, когда и как натягивать канаты, чтобы выход Венеры из чрева раковины смотрелся наиболее выигрышно.

Изнутри раковина была отделана переливающимся, бледно-розовым атласом, которым было не грех украсить трон самой подводной королевы. Створки раковины должны будут поблескивать, освещаемые огнями рампы, и подчеркивать нежность светлой кожи Молли. Поистине это была гениальная декорация. Сильвия внимательно рассмотрела хитроумное изобретение Генерала, потрогала атласную отделку, восхитилась сложными механизмами.

Идея этой постановки, проработка всех деталей, способных подчеркнуть чувственную красоту Венеры, целиком принадлежали Тому Шонесси.

Сильвия подумала о мальчишке Томе, который жил в трущобах и воровал, потому что был голоден. О беспризорном ребенке, который прятался от людей, опасаясь, что его в любой момент могут сдать властям. О юном создании, умеющем драться и выживать, используя все, что попадало ему под руку, чтобы защитить себя.

«Мне везло с друзьями», – сказал он.

Когда она погладила внутренность этой невероятно красивой глупой устрицы, ей показалось, что она прикоснулась к самому Тому.

Она подняла глаза, не сомневаясь, что их взгляды так или иначе встретятся.

Том все еще продолжал беседовать с рабочими и, вероятно, заметив какую-то перемену в позе Сильвии, поймал ее взгляд.