— Я ни о чем подобном и не думала, — щеки Аманды вспыхнули. — Я ничего такого не говорила… и никогда не скажу…

— О, да, Аманда Чарльз не употребляет подобных выражений, не правда ли? Нет, поскольку она может поступить со мной как вежливая леди, которая отказывает в приеме нежелательным знакомым.

— Это не правда! — Аманда раскрыла его кулак и всыпала пуговицы ему в ладонь. — Вот! Пришивай их сам, и убирайся, понятно? Ты сведешь меня с ума! Я не знаю, как я собираюсь поступать с тобой. Сегодня ты мой любовник…

— Это чертовски правильно, что я твой любовник! Но ты легко сможешь сбросить со счетов это обстоятельство, когда мы не будем заниматься любовью.

— Я вовсе не то хотела сказать, Тристан Маклофлин! Перестань играть словами.

Аманда сделала усилие, чтобы успокоиться и попыталась объяснить свою точку зрения более рационально.

— Я и ты — любовники, да. Но я со страхом ожидала сегодня утром, что ты опять назовешь меня мисс Чарльз. Я не слепая, и от моего внимания не ускользнул факт, что ты выходишь за границу служебного долга в тех случаях, когда это касается меня. Но это ведь ставит тебя в непереносимое положение…

— Да, это чертовски тяжело, — согласился Тристан. — Я не отрицаю. Но если ты думаешь, что я способен, сообщив тебе минуту назад, что звонил тот самый убийца, хладнокровно повернуться и уйти, оставив тебя одну, то ты не продвинулась ни на шаг с того дня, когда назвала меня роботом.

— О, Тристан, — прошептала она, — давно так не считаю. Скорее наоборот… Просто я хотела, чтобы тебе было легче уйти на работу, — Аманда нежно погладила его по груди и затем подняла глаза. — Разве ты не видишь? Я не хочу связывать тебя. Я ведь понимаю, что ты не можешь быть со мной каждую минуту. У тебя есть обязанности, есть дело, которое надо выполнять…

— И я его выполню, будь уверена, — ее ласковые движения погасили его гнев. — Ну, детка, не волнуйся. Если мы будем работать вместе, возможно, нам придет в голову что-нибудь такое, что не приходило раньше. Одевайся. Потом мы сядем и обсудим все это.

Аманда готовила кофе в кухне, когда Тристан, воспользовавшись ключом от квартиры Ронды, ввалился обратно с ворохом платьев, которые он взял наверху. Аманда не успела ни о чем спросить его, так как в этот момент раздался звонок в дверь. Тристан схватился за револьвер и жестом приказал Аманде открыть дверь.

На пороге стояла Ронда.

— Доброе утро, мальчики и девочки, — жизнерадостно приветствовала она их, влетая в квартиру. — Или, может быть, я должна сказать «Добрый вечер?» Ее взгляд остановился на куче платьев, сваленных Тристаном на диван. — Хорошо, хорошо. А это что у вас? Тоже понадобилось?

— А, да, — коротко согласился Тристан. Он взглянул на Аманду, и ей захотелось возразить. Но вместо этого она спросила его, приготовил ли он еду для Эйса, и его лицо озарила одна из редких светлых улыбок. Он обхватил ее за талию, и, прижав к себе, крепко поцеловал в губы. Затем он вышел с собакой, чтобы принести оставшиеся вещи, аккуратно закрыв за собой дверь. Аманда, слегка покраснев, повернулась к подруге.

— Ну, что ты, не стой как столп, чудачка! — скомандовала Ронда. — Рассказывай! Он так же хорош в постели, как и на вид?

— Еще лучше!

— О, Господи, я так и думала.