— Тр-р-р-р!!! — Не выдержала такого с собой обращения белая материя.

— Ты че сделал, козлина! — Вскричал Владимир.

Он отвлекся на того, кто изуродовал в одну секунду его форму и пропустил, прилетевший от четвертого «друга», увесистый удар в глаз…

— У-м-м, падла!

Вот теперь, да именно теперь, включилась «боевая машина Катран» — Владимира разозлили! И разозлили не на шутку!..

Нет, не за пропущенный удар в глаз — боксерское прошлое научило его не обижаться на своего противника на такие мелочи, как поставленный на пол-лица «фонарь»! Парню до зубовного скрежета стало обидно за свою новенькую форму!..

— Н-на! Х-хек! Х-хек! На-а!..

Четыре удара!.. Всего четыре! И этот «бой» был закончен…

Первый удар — тяжелым флотским «хромачем» прями по «колоколам» того, кто оторвал рукав.

Второй — добротный такой, прямой «джеб» с левой, любителю ставить «фонари на лицах».

Третий — от души в ухо, согнувшемуся над своими подбитыми «колоколами» любителю рвать чужую форму.

От четвертого удара пострадали «колокола» уже «фонарщика»…

Секунду постоял Владимир над своими поверженными на землю противниками, созерцая результаты «битвы»:

— Птфу-у! — От души сплюнул он. — К-козлы!

Да только вот, расслабляться времени небыло…

Кто-то, из прохожих «доброжелателей» скорее всего, увидел драку и вызвал милицию. И теперь к месту «ледового побоища» неслась патрульная машина, мигая синей «мигалкой» и, нарушая тишину ночных улиц воем сирены:

— Вау-вау-вау-вау!

— Володя! — Раздался возглас Татьяны. — Бежим!

Она была прямо здесь, рядом, и как-то заполошно смотрела по сторонам…

«…Вот блин! Когда ж она здесь появилась-то?!.»

— Бежим! — Крикнула девушка еще раз. — А то заберут ведь!

Она потянула его за уцелевший рукав куда-то в сторону, но Володя, мигом осмотревшись, схватил ее за руку, и потянул в развесистые кусты:

— Подожди! Нельзя сейчас бежать! Засекут и догонят на машине! — Зашептал он ей на ухо. — Надо пересидеть несколько минут! Заодно и посмотрим, что дальше будет…

Они спрятались в густых ветках кустарника всего-то мерах в десяти от поверженных хулиганов, и затаили дыхание.

— Вау-вау-вау-вау-ва-к! — Вой сирены прекратился резко, на высокой ноте.

Из тормознувшего «Бобика» выскочил милицейский капитан, а за ним и сержант-водитель. Они резво подбежали к хулиганам, которые потихоньку начали шевелиться и…

— Так, лейтенанты! — Громогласно засмеялся капитан. — Это уже что-то новенькое! Кто ж это вас, распиздяев, так отоварил-то?! А-х-ха-ха-ха-ха! Сколько и было-то?! Ха-а-ха-ха!!!

— Хорош ржать, Петруха! — Самый главный зачинщик еле-еле поднялся на ноги. — Я эту суку все-равно найду!

— Так вас один кто-то так нагрузил?! Ха-а-аха-ха-ха-ха! — Милицейский капитан едва не падал с ног, держась за живот от смеха. — Ва-ас-с-с! Ха-ха-ха!!!

— Хорош ржать, конина! — Отозвался хриплым голосом «фонарщик». — Это было нападение на сотрудников милиции!..

— Сами, небось, пацана задели!..

— Какая разница, Петруха?!! Он милицию обидел!..

— Ну… Это, конечно же, плохо!.. — Капитан в одну секунду стал серьезным.