— Именно! Именно об этом я и говорил, полковник! — Генерал опять прошелся по кабинету. — Это не случайность, а закономерность, полковник! Генерал Гришин настолько, видимо, уверовал в свою безнаказанность, что уже перестал соблюдать элементарные правила конспирации… Или…

— Или что-то в его жизни назревает такое, что ему на них уже просто наплевать! — Продолжил мысли полковник.

Генерал внимательно посмотрел на Чеботарева, и ответил задумчиво:

— Может быть, полковник… Может быть… — От уселся напротив Чеботарева, и строго взглянул ему в глаза. — А посему поступим так… Вы, Геннадий Алексеевич, как заместитель Управления Собственной Безопасности, возьмете это дело под свой личный контроль!

— Есть!

— Даже не так! Вы будете руководить этой операцией, Геннадий Алексеевич, а обо всех новостях докладывать мне лично! — Заместитель Директора подумал немного, и продолжил. — И вот еще что… Я хочу, чтобы вы, по возможности конечно, восстановили картину гибели генерала Елагина… Что-то мне в этом деле не нравится, и никогда не нравилось!..

— Вы думаете, что Гришин может быть в этом как-то замешан?

— А вот это, полковник, вы и выясните! — Ответил генерал. — То, что Гришин не совсем чист на руку — это было понятно давно! Вопрос в другом, Геннадий Алексеевич — насколько он нечист, и как далеко готов пойти ради своих личных интересов!

— Я понял, товарищ генерал-полковник!..

— И попрошу вас, Геннадий Алексеевич, зная вашу принципиальность и щепетильность в вопросах честности и порядочности… Все, мало-мальски важные решения мы с вами будем принимать вместе!

— Есть, товарищ генерал!

— Гришин — это не просто офицер ФСБ, Геннадий Алексеевич! Вот что надо учесть при расследовании! Гришин — генерал, и один из высших руководителей Федеральной Службы Безопасности России, начальник Управления!.. И если сделать ошибку, то он будет иметь право обидеться!..

— Я это понимаю! — Ответил Чеботарев.

— В общем, задача такая, Геннадий Алексеевич… Не поднимать шум и не предпринимать никаких активных действий в отношении Гришина, пока вы не получите в свои руки стопроцентные доказательства! И, конечно, мы об этом уже договорились, без моей личной санкции на какие-либо активные действия в отношении генерала!..

Заместитель Директора встал и прошелся медленными шагами по кабинету — это называлось «думать ногами».

— Шум и скандал о коррупции в генералитете ФСБ нам не нужен — это первое! И второе, что тоже нельзя исключать, возможно, что мы в отношении Гришина ошибаемся…

— Ну уж это врядли, товарищ генерал! — Усмехнулся полковник Чеботарев. — И заявление Варвары Кабановой полное тому подтверждение!

Генерал остановился посреди кабинета, и строго посмотрел на полковника:

— Вот вам и карты в руки, Геннадий Алексеевич! И одна просьба — не делать поспешных выводов!.. Это дело может оказаться слишком серьезным!..

— Есть, товарищ генерал-полковник!

— Идите, Геннадий Алексеевич! Работайте!.. И обо всем, мало-мальски важном в этом деле, незамедлительно докладывайте лично мне, в любое время суток! Свободны!

Полковник Чеботарев вышел из генеральского кабинета, закрыл за собой дверь, и… Улыбнулся странной улыбкой… В этот момент он был похож на большого матерого кота, который уже поймал свою мышь, но ради забавы не стал ее есть сразу, а решил немного поиграть…

16 июня 2008 г.