Наконец ему удалось вырвать из капроновой паутины бойца, и в это время сбоку вынырнул «фрогмен» в черном гидрокостюме, выставив перед собой что-то вроде короткого копья с плоским широким наконечником…

Лезвием своего страшного инструмента «фрогмен» перерубил у «дельфина» шланг от баллона с дыхательной смесью…

И тут на них навалились со всех сторон…

«Дельфин» успел ударить ножом в живот одного нападавшего, сорвал маску с другого, но в спину ему вонзились сразу два наконечника «копий», и он медленно стал опускаться на грунт…

Увидев гибель «дельфина», Ананьев бросился в сторону — помочь ему было уже невозможно, но спасти еще хоть кого-то надежда оставалась… За ним погнались двое, но Дед успел сдернуть с плеча свое гарпунное ружье, и стальная стрела устремилась навстречу приближавшимся черным теням… Вода окрасилась бурыми струйками…

И Ананьев рванулся дальше… А за ним погнался второй убийца… …Но…

Не знал он на свою беду, с кем имеет дело…

Через насколько минут Ананьев вернулся… Вернулся на место этой безжалостной подводной бойни, чтобы вытащить на поверхность хоть кого-нибудь… Только…

«…А-а! А-а-а! Су-у-уки-и-и!!! Что ж вы наделали?! Га-а-ады!!!»

То тут, то там, он натыкался на пловцов… Своих и чужих… Все они были похожи на сломанные манекены, которые безвольно лежали на дне в разных позах… Он насчитал шестнадцать «сломанных кукол» — даже будучи скованными сетями, «дельфины» не бросили оружие… И хоть теперь от команды не осталось ни одного, но и у агрессоров основательно проредились ряды…

Деду было довольно легко различать «своих» и «чужих», потому что в дайвинг-клубе их снабдили аквалангами желтого цвета, а здесь были пловцы и с блестящими, неокрашенными…

И вдруг увидел…

17 июня 2008 г.

Красное море. На дне…

Спасение утопающих врагов — дело благородное, но неблагодарное!..

…Катран по приказу Деда, все дальше и дальше уводил Александра от места этого подводного побоища в сторону берега… Отставной каплей прекрасно понимал, что у неопытного Туарега, выжить в этой бойне, останься он там, небыло бы ни единого шанса…

Но уходили они не долго — всего-то минуты три…

Катран постоянно тревожно оглядывался по сторонам, и тогда, когда толща морской воды скрыла, наконец от его глаз место побоища, он потянул Александра за собой, ко дну…

Там, у самого донного песка, он остановился, и развернул Александра к себе лицом…

Отставной каплей взял его руку, и постучал пальцем по стеклу большого компаса, закрепленного на запястье Александра. Он ткнул в его стрелку, а затем в букву «О», означавшую на английском языке «Запад»…

Затем посмотрел Александру в глаза, и…

Катран ткнул пальцем своего друга в грудь, показал 4 пальца, а затем всю пятерню, что, наверное, должно было означать, что до берега 4–5 миль, и махнул в указанном направлении… Затем ткнул пальцем в свою грудь, и показал туда откуда они только что приплыли — в сторону затонувшей «Звезды Аравии»…

Александр, было, попытался активно помахать головой, отказываясь, но…

Катран схватил его обеими руками за головы, приблизил лицо к своему, и сделал страшные глаза… А затем, в точности повторяя недавнее поведение Ананьева, направил на Александра свое гарпунное ружье…

И опять все было предельно ясно…

Катран не хотел рисковать жизнью своего друга, но и не мог оставить в беде своего учителя…

Поэтому, отойдя на более или менее безопасное расстояние, он отправлял Александра к берегу…

А сам решил вернуться, чтобы помочь Ананьеву, который, ко всему, был еще и ранен совсем недавно, а уходить с ранениями на глубину — это грубейшее нарушение всех инструкция по технике безопасности! Но… Дед был Дед… Да и не предполагал никто, чем могут закончится эти погружения…

Но теперь Ананьеву была необходима помощь, и Катран это чувствовал всеми порами кожи…

Это же, наверное, понимал и Туарег… Но…

Он привык подчиняться приказам командира, и поэтому…

Стал медленно отплывать в сторону берега…

Но не успел он сделать и 3 гребков ластами, как Катран нагнал его, сунул в руку свое ружье, показал большой палец, говоря этим жестом, что все будет хорошо, подтолкнул Александра в заданном направлении, и стал стремительно возвращаться обратно…

Туарег с сожалением посмотрел вслед удаляющемуся Катрану, и…

Медленно подвсплыл от поверхности дна метров на 5–7, и погреб ластами в сторону берега, то и дело поглядывая на стрелку компаса…

Да только…

Доплыть до берега без приключений не получилось…

Пробыв в своем «одиночном плавании» минуты три, Александр бросил случайный взгляд на дно, и увидел… …Водолаз ползал по дну, словно подраненный или оглушенный краб…

Было видно, что он совершенно не понимает что делает, потому что ползал он по песку кругами, ощупывая дно пальцами рук…

На спине «краба» был не желтый, как у всей команды Тесленко, а металлически блестящий акваланг, а из спины, в районе правой лопатки, торчала, изредка поблескивая металлом, стрела, выпущенная из подводного ружья…

И Александр принял решение:

«…Ладно, мразь!.