Изменить размер шрифта - +
А Надька, просунув пальцы под резинку его трусов и жадно скользнув ладошками по Тарановым бедрам, попросту спихнула их вниз. Потом губы вновь встретились, руки жарко обвились вокруг тел, кожа прижалась к коже… Пухлый Надин животик легонько потерся о Юркину шишку, игриво пощекотал густыми курчавочками.

— Я его бою-усь… — покривлялась Надька, когда Юрка стал настойчиво пятить ее в комнату, к кровати. — Серьезно, страшно же, такой здоровый!

— Не бойся, поместится! — весело прошептал Таран.

— Значит, я третья буду? — произнесла Надька, уже лежа на своей постели. — Это хорошо. Бог любит Троицу…

 

Странные новости

 

Когда «мерс» господина Летунова припарковался у ресторана «Маргарита» и его хозяин с сопровождающими лицами направил свои стопы в это солидное заведение, швейцар в белом мундире с золотыми аксельбантами — ни дать ни взять генерал-адъютант его императорского величества, только без эполет! — почтительно пропустил его в фойе. Владельца «Супермарина» здесь хорошо знали. Правда, швейцар — он, конечно, царским генерал-адъютантом не служил, но зато был отставным подполковником погранвойск КГБ СССР — своим профессиональным взглядом приметил, что выглядит Василий Петрович как-то очень пасмурно и мрачно. Словно не пообедать приехал, как обычно, а на собственные поминки. Швейцар, конечно, уже мысленно занес это обстоятельство в будущее оперативное донесение. И время прибытия Васи Самолета тоже зафиксировал четко: как всегда, 12.30, без опозданий и опережений графика.

У Васи Самолета действительно было нехорошее чувство, будто он едет если и не на поминки, то уж точно на собственные похороны. Пожалуй, он даже не предчувствовал, а был прямо-таки убежден в этом. Правда, под словом «похороны» вовсе необязательно подразумевалась физическая кончина. Зато финиш Васиного бизнеса просматривался совершенно определенно.

Вчерашний день, если рассматривать его как единое целое, виделся Васе одним сплошным кошмаром. Самолет, после того, как явился Седой и, забрав себе в подкрепление Гогу, отправился на ферму, конечно, не лег спать и стал дожидаться их возвращения. Само собой, когда истекло откупленное время, всерьез заволновался, даже валидол пришлось сосать. А когда «сваток» из райотдела вышел на контакт и доложил, что ферма горит, а в саду обнаружен труп Панкрата, Вася понял, что хана наступает с неотвратимостью смены дня и ночи. Правда, была какая-то надежда насчет того, что Седой и остальные каким-то образом смылись. Однако ближе к вечеру «сваток» еще раз вышел на связь, сообщив, что после того, как пожарные потушили огонь, под головешками нашлось еще несколько трупов, большинство из которых без длительной экспертизы опознанию не поддаются, но точно известно, что Гога, Микита и Пятак среди трупов присутствуют. «Сваток» также скромно выставил счет на шестизначную сумму в баксах, которая может удержать развитие уголовного дела на точке замерзания и превратить пожар на ферме в последствие взрыва газа от неисправности в электропроводке. У Васи такие деньги водились, но они ему были вовсе не лишние. Конечно, какое-то время он еще мечтал, что Седой найдется и на него можно будет произвести денежный начет, но Седой не находился, и создавалось нехорошее впечатление, что в конце концов его опознают среди обугленных. Еще хуже, ежели он попал в лапы Жоры Калмыка.

В общем, Вася заплатил сам, но это лишь отмазало его от правоохранителей. Куда более серьезные разговоры предстояли с коллегами. К тому же вчера вечером ему позвонил «дядя Вова», заявив, что приглашает его в субботу на дружескую вечеринку в «Маргариту», скромно намекнув, что господин Калмыков жаждет побеседовать с господином Летуновым о делах, представляющих взаимный интерес.

Быстрый переход