— Может, на лестницу выберемся? Только как развернуться? Не лезть же вниз головой?!

— Очень просто, отползай назад, я ногами влезу в дыру, потом спущусь, а ты проползешь туда, где я лежу. И тоже задом в дыру влезешь…

Заскрежетал и захрупал керамзит — это Мила производила маневр. Ей благополучно удалось отодвинуться от лаза, и Таран, тоже похрустев глиняными шариками, задним ходом подобрался к дыре и всунул в нее ботинки. Однако прежде чем двигаться дальше, стоило прислушаться — далеко ли ушли «дядя Вова» со своим Тузом. Тарану вовсе не улыбалось, если они услышат его возню и вернутся как раз к тому моменту когда он выставит из дыры задницу…

— Там высоко? — спросил Юрка у пыхтящей где-то поблизости Милки.

— Метра два, не больше… — отозвалась она. — Наверное, даже спрыгнуть можно.

Шаги спускавшихся по лестнице почти не слышались. Глубоко спуститься успели.

— По-моему, дымом пахнет! — забеспокоилась Милка. — Не иначе эти гады действительно курилку подожгли. Давай ворочайся побыстрее! А то сдохнем тут!

Юрка решил, что и впрямь от добра добра не ищут, и уперся руками в керамзит, выдвигая ноги из лаза. Жутковато было — все время казалось, будто вот-вот подскочит кто-то, ухватит за ноги и, выдернув из дыры на лестницу, пристрелит… Но ничего такого, слава Богу, не случилось. Таран благополучно выполз из дыры по пояс, опустил ноги вниз и нащупал ботинками крепкую стальную скобу. Еще две скобы оказались у него под животом и под коленями. Выпростав обе руки из лаза, Юрка крепко уцепился ими за ту скобу, что была под животом, вытащил голову к плечи, распрямился и через пару секунд уже стоял на ступеньках потайной лестницы.

Пока Милка ворочалась наверху, Таран передвинул «стечкина» со спины, где он находился во время ползанья, на живот и наскоро осмотрелся.

Он стоял примерно на середине лестничного марша. Выше его, на уровне пола третьего этажа, была маленькая площадка — квадратный метр, не больше. На площадке горела слабая лампочка, но при ее свете можно было неплохо рассмотреть узкую дверь. Сама лестница была вообще шириной в полметра и построена намного более крутой, чем все те, по которым сегодня бегали Юрка с Милкой. Ниже была площадка на уровне второго этажа, откуда начинался лестничный марш, ведущий на уровень первого. Тарану удалось разглядеть еще несколько квадратных дверец типа той, из которой он выполз: не иначе «дядя Вова» загодя подготовил себе пути эвакуации из различных помещений дома на эту секретную лестницу.

Тем временем на Тарана посыпался керамзит. Это Милка начала продвигать попу сквозь лаз. В другое время зрелище показалось бы Юрке шибко забавным, тем более что кожаная юбочка «Зены» была коротенькая, а трусов у Милки не было. Но сейчас он не на шутку беспокоился, чтоб не повторилась ситуации из старинного анекдота про Василия Ивановича и Анку, которые почему-то спасались от белых через трубу.

«— Василий Иваныч, у меня таз не пролезает!

— Дура! Ты б еще и корыто с собой прихватила!»

Но таз у Милки оказался вполне приемлемым, а то, что на нем росло, — достаточно мягким, чтобы протиснуться сквозь лаз. Правда, Милка чуть не вывалилась из дыры, не сумев вовремя уцепиться за верхнюю скобу, но Таран успел подхватить свою девяностокилограммовую спутницу и даже удержать при этом равновесие.

— А ты сильный, оказывается! — уважительно пропыхтела Милка. — И обнимаешь крепко… Эх!

Юрка поспешно убрал руки, чтоб она опять не подпала под воздействие своего препарата, которое, как видно, здорово ослабляло чувство опасности и нервное напряжение последнего часа.