В аэропорт после гарнизонного откровения он, разумеется, не поехал, а завалился к одной знакомой путане, жившей недалеко от лодочной станции, провел с нею ночь, а утром зашел в магазин спорттоваров, купил рюкзак и подходящую для рыбалки робу. Выбрал спиннинг, блесны и крючки - благо неплохо в этом разбирался, - в продовольственном магазине запасся консервами, хлебом, чаем и спустился к Амуру, на лодочную станцию. По пути в кустах переоделся. Время приближалось к полудню.

Как он и рассчитал, на лодочной станции, кроме сторожа, никого не было. Тщедушный мужичонка лет шестидесяти сидел в будке, в холодке, спасаясь от знойного солнца. Эдик поздоровался. Мужчина ответил неохотно то ли устал, то ли был не в духе, - вопросительно посмотрел на пришедшего.

- Прости, отец, что беспокою, - извинился Эдик, - на тот берег надо перебраться, к Бешеной протоке. Говорят, там лещ и сазан хорошо начал брать.

- А я-то причем? - развел мужчина руки. - Я сторож.

- Вижу. Ты свези меня туда - днем твои лодки никто не украдет. Тут и делов-то на полчаса. А я хорошо заплачу за труды. Зелененькими.

Сторож подобрел лицом, почесал затылок.

- А ежели кто из хозяев объявится? Неприятностей не оберешься.

- Подождет, никуда не денется. Скажешь, мотор после ремонта опробовал, или ещё что. Мне ли тебя учить.

- Так-то оно так, - заколебался мужичонка. - И сколько же ты дашь?

Эдик достал сотенную купюру. Глазенки у старика заблестели, словно он хватил стакан горячительного, с сомнением глянул на щедрого рыболова.

- Хватит? - спросил Эдик.

- Само собой. - Сторож засуетился, взглядом стал выбирать лодку.

- Возьми, какая побыстроходнее да понадежнее, - посоветовал Эдик.

Старик так и поступил. Лодка действительно оказалась, что ракета дюралюминевая, с новеньким мотором "Вихрь", понесла по течению будто на крыльях, едва касаясь днищем воды.

До Бешеной протоки они добрались минут за двадцать, и едва лодка приблизилась к берегу, старик выключил мотор и сосредоточенно стал всматриваться, выбирая место поудобнее. Эдик схватил весло и изо всех сил ударил лодочника по голове. Тот чуть ли не вывалился за борт. Эдик успел подхватить его и мертвой хваткой сжал худую, морщинистую шею. Старик не дергался, даже не хрипел, сразу обмяк, безжизненно повиснув на его руках.

Эдик обшарил карманы старика. К счастью, паспорт оказался при нем, что и нужно было убийце, денег всего около пяти тысяч рублей. Да и по скудной одежонке видно было, что сторож жил небогато.

На берегу нашелся приличный булыжник и Эдик затолкал его под рубашку старика, закрепив груз брючным ремнем. Теперь можно не беспокоиться - скоро не всплывет. Оттолкнул лодку от берега, завел мотор и на середине Амура свалил труп в воду...

И вот он на этом острове, километров за сто пятьдесят от Хабаровска. Прожив в землянке неделю, стал подумывать, куда и как убраться отсюда. Прежде всего нужно раздобыть бензин для мотора. Еще по пути сюда он отметил на берегу два охотничье-рыболовных хозяйства - там стояли катера и моторки. Взял их на заметку, и потом похвалил себя за сметливость: дважды ночью под выходные дни, когда у причала было около десятка лодок, а на базе шел пир горой, он подплывал туда на своей "ракете" и вначале "позаимствовал" две канистры с бензином, а потом и более объемную емкость литров на сорок. Во второй раз даже рискнул пробраться на рассвете в домик и стащить оттуда два рюкзака с продовольствием. Догадывался, какой там устроил скандал. Однако больше на такой "подвиг" не отважился - могли подстеречь. Да нашелся и другой способ добывать пропитание - километрах в тридцати от острова располагалось село Свободное, где проживали русские староверы и нанайцы. Там имелся сносный магазин и кое-что из продовольствия можно было купить. Рублей у него, правда, осталось немного, а доллары лучше не показывать ментовские филеры везде рыщут.