Между тем предложение Кочубея сработало. На пароходе стали спускать шлюпку. Море спокойное и баркас за десяток минут, активно работая вёслами, доставил трёх офицеров до «Аретузы» — «Авроры». Правда, при приближении к флагману эскадры матросы на баркасе стали вёслами махать реже и вразнобой.

— Чёрт побери! Название! — фон Кох повернулся к офицерам, стоящим за ним, — У нас название на русском. Они его прочли. Свистать всех на верх. Огонь по кораблям англичан по готовности. Первый залп всем кораблям по пароходу, до полного утопления.

Глава 11

Событие тридцать первое

«Итак, убейте всех детей мужеского пола, и всех женщин, познавших мужа на мужеском ложе, убейте; а всех детей женского пола, которые не познали мужеского ложа, оставьте в живых для себя»

Библия. Числа 31 17–18

Двадцатишестилетний цесаревич — здоровый такой наследник, ростом чуть пониже отца, с рыжими огромными бакенбардами и такими же усами роскошными, приподнялся над скрипнувшем под ним стулом и, протянув руку с массивным перстнем, сверкнувшим синим камнем, взял чёрный конверт. Он плюхнулся назад на опять пожаловавшийся стул и попытался оторвать полоску от чёрного бока конверта. И не смог. Цесаревич перевел взгляд с конверта на родителя.

— Это пергамент. Вон, нож для бумаги возьми, — в малахитовом письменном приборе на столе из стаканчика зелёного торчала рукоять ножа.

Александр опять встал со стула и в этот раз садиться не спешил, словно ожидал других каверз от чёрного, притягивающего взгляды, конверта. Поддев острием уголок, наследник вспорол весь бок, тончайшая кожа, как могла, сопротивлялась, но острейшее лезвие и богатырская сила наследника Российского престола победили. Цесаревич опустил нож назад в стаканчик письменного прибора и заглянул в разрез.

— Сашка чего там? — не утерпел адмирал.

— Там чёрный конверт, — сообщил Сашка и вынул его. Точно такой же, ну, чуть меньше, ага и надпись другая на белой бумажке: «Вскрыть не раньше 1 ноября. Это важно».

— Шутник! — хмыкнул Александр, продемонстрировав новый конверт с запиской отцу и брату.

— Вскрывай уже, — недовольно крякнул император и сам протянул нож сыну.

На этот раз дело пошло чуть быстрее, сноровка появилась.

— Ну, — опять не выдержал Константин. Он вскочил даже со стула, но застеснявшись порыва этого детского, сел назад, поправив очки. Только взгляд сквозь стёкла выдавал теперь волнение и дернувшаяся рука к очкам снова, когда цесаревич вновь заглянул в прорезь.

— Тут конверт, — булькнул Александр пока не второй.

— Издевается князь! — начал привставать со своего места и император.

Но наследник вытащил в это время третий конверт. Он был обычным белым и из бумаги. Надорвав полоску сбоку, Александр на этот раз достал листок бумаги, на котором было прилично так, на пол-листа, убористым почерком написанных строчек. Цесаревич глянул на отца, нетерпеливо махнувшего рукой, и начал читать:

'Ваше Императорское Величество, моя жена видела ещё один вещий сон. 14 ноября 1854 года в Чёрном море будет страшный шторм, который потопит не меньше тридцати судов союзников и американцев, привёзших туда припасы, всего же в разной степени пострадают больше семидесяти кораблей и судов неприятеля.