На следующий день, едва забрезжил рассвет, как Фролов уже сидел в своём кабинете в доме Рочева и перебирал исписанные вчера бумаги. Приходилось всё с нуля начинать. Следует очень внимательно прикинуть, а что теперь с продовольствием в Русской Америке. Если честно, то так себе получалось. С востока идут люди, морем прибыло двести пятьдесят переселенцев — итого почти пять сотен человек. Что ж, это много, но до нового урожая можно протянуть, но ведь не всё. Пять кораблей прибыло, а на них шесть с половиной сотен человек, которые здесь будут зимовать. И их тоже нужно кормить. Фон Кох сказал, что последний сухарь съели, всё продовольствие в Ванкувере оставили. Получается, только что нужно было о пропитании двух с половиной тысяч человек думать, и вдруг бах, и нужно о четырёх тысячах думать. А ведь хотели торговать продуктами. Теперь же покупать придётся. Но здесь не у кого покупать продовольствие. Тут в Сакраменто и Сан-Франциско по данным разведки почти голод уже, подвоза продовольствия нет, а пожары уничтожили в амбарах запасы зерна. Если только в Мексике можно будет немного кукурузы купить. Нда. Хотя мысль интересная. Нужно даже втридорога скупить продовольствие в Сакраменто и Сан-Франциско. Тогда голод и исход населения из Калифорнии начнётся обязательно.

Фролов откинулся на спинку стулу и стал потолок побеленный разглядывать.

— Рыба! Нужно отправить этот флот срочно ловить рыбу. Нужно невода плести. Ничего, выживем. Зато сколько можно новых ранчей построить. Корейцы все крестьяне. Вырастим в следующем году столько ржи, пшенички, кукурузы, что на всех хватит. Даже больше. Судя по рассказам фон Коха возможно это не последние переселенцы оттуда. Корейцев точно ещё привезут.

Событие шестьдесят пятое

Карс по-турецки будет снег. Возможно, по-армянски тоже. Оно и понятно. Да, город южнее Сочи и даже Батума южнее, но он находится на высоте 1700 метров над уровнем моря. Холодный город.

Правда, в эту осень в нём было жарко. Войска генерала Николая Николаевича Муравьёва — Кавказского наместника хоть и не смогли взять его штурмом, но несколько предпринятых попыток, отсутствие продовольствие и главное — разразившаяся холера заставила английского командующего генерала Уильямса 28 ноября город сдать. Может быть, снег и холод сыграли не меньшую роль, чем холера, в желании англичанина сдать крепость. Карс дровами отапливается, но из-за начавшейся летом осады дрова завести не удалось, и все запасы были истрачены на приготовление пищи для солдат. Ведь внутри крепости оказалась огромная армия. Есть же сухую перловую крупу и пить холодную воду — то ещё удовольствие. Для офицеров хоть хлеб пекли, разламывая местные сараи и прочие сеновалы, всё одно хранить в них было нечего.

Наверное, город бы и чуть раньше сдался, но в конце августа стали распространяться слухи о высадке в Батуми корпуса Омера-паши, и о стремительном движении его на выручку Карса. Ждали неделю, две, месяц стремительно двигался Омер-паша, чтобы осаду снять и разделаться с гяурами, но нет, не дошёл, а как потом оказалось, так и не высаживался ни куда.

Утром 29 сентября русские атаковали западные — сильные укрепления крепости, но штурм был отбит турецким гарнизоном под командованием британского полковника, которому турецкое командование присвоило генеральский чин, сэра Уильяма Уильямса с огромными для русских потерями. Число убитых и раненых составило около шести тысяч человек.

Вот только Муравьёв не отступил от Карса, ещё более укрепил блокаду и постоянно тревожил гарнизон. Ну, а после холера, голод и генерал Мороз добили желание англичан сопротивляться. Турки хотели воевать дальше, но Уильямсом Карс сдал 28 ноября.

Известие это привёз в Петербург майор Соколовский 15 декабря.

— Ваше императорское Величество, в плен сдалось четырнадцать с половиной тысяч человек гарнизона, и это, не считая двух с лишним тысяч раненых, что оставлены пока в госпиталях в городе.