— Я польщен, Торо, но вы знаете, что это невозможно.

— Да, — со вздохом ответил кубинец. — Я уважаю вашу войну, amigo, так же, как вы уважаете мою. Сколько времени вы пробудете с нами, Matador?

Болан молчал, не зная, что ответить.

— Я не спал двое суток, — сказал наконец он. — Если бы я мог поспать хотя бы несколько часов… Когда здесь появится моя машина?

— Скоро, amigo.

Болан взглянул на часы. Было без малого семь — долгий день все никак не кончался. Мак снял часы, вытер руку и снова надел браслет на запястье.

— Я дождусь машину, — сказал он Торо. — И, если здесь можно найти кровать, я бы вздремнул пару часов.

Торо тут же предоставил в его распоряжение весь лагерь. Мужчины вышли на веранду, устроились на ступеньках и заговорили о «деле». Они обсуждали преимущество и недостатки тех или иных видов оружия, говорили о тактике боя и различных методах ведения войны. Прошло немного времени, и рядом с джипом остановился «шевроле» Болана, из которого вышли два кубинца. Они подошли к веранде, и один из них уронил ключи от машины прямо в широкую ладонь Торо, добавив несколько фраз по-испански.

Торо передал ключи Болану и перевел:

— Они предприняли все меры предосторожности. За ними слежки не было. Ваш багаж лежит на заднем сиденье.

Болан обменялся с кубинцами крепким рукопожатием и поблагодарил их, затем, не мешкая, подошел к машине и открыл багажник.

Обернувшись, он позвал Торо и, не дожидаясь его, начал копаться в машине, вытаскивая большой увесистый пакет, завернутый в зеленую вощеную бумагу.

— Беритесь с другой стороны, — скомандовал Болан.

Торо подхватил сверток, и они понесли тяжелый груз на веранду. Мужчины, пригнавшие «шевроле», с интересом наблюдали за происходящим, потом присели на корточки рядом с Боланом, когда тот начал разворачивать упаковочную бумагу.

Последние движения рук Болана сопровождались изумленными восклицаниями. Мак улыбнулся Торо и объявил:

— Перед вами «ханиуэлл» — самая смертоносная штука, которая может составить честь любому арсеналу.

— Это пулемет? — спросил Торо восторженным голосом.

— Своего рода. На самом деле, amigo, это автоматический гранатомет М-79. С ним обращаются, как с ручным пулеметом. Это лента с боекомплектом — видите? А вот казенник. Максимальная эффективность достигается при стрельбе на дальность около ста метров. Фугасный заряд калибром 40 миллиметров при взрыве уничтожает все в радиусе двух метров. Можно стрелять патронами с крупной картечью, со слезоточивым газом, сигнальными ракетами. Все эти заряды можно сочетать в одной и той же ленте.

Торо нежно, словно женщину, гладил гранатомет.

— Это впечатляет, Matador, — произнес он срывающимся голосом.

— С таким оружием можно уничтожить немало змей, — с улыбкой заметил Болан. — Он ваш, Торо. В багажнике к нему есть еще несколько коробок с боеприпасами.

Торо чувствовал себя оглушенным.

— Вы мне даете… это… это… magnifico…

— Это слишком серьезное оружие, чтобы им мог пользоваться один человек, — объяснил Болан. — Я добавил его к своему арсеналу в приступе жадности, Торо. Я не могу им воспользоваться. Это групповое оружие, рассчитанное на расчет из двух, а лучше трех человек.

Мак встал и направился к «шевроле», из которого вытащил старый кожаный мешок для клюшек для игры в гольф, закрытый сверху клапаном. Торо и два его приятеля по-прежнему возились с гранатометом.

— Вы разберетесь с ним сами? — спросил Болан.