Лешка переглянулся с бабушкой, и она поняла его взгляд.

— Артур, все эти годы медаль была у Валерки? — спросила она.

В лице Артура Васильевича сначала промелькнула растерянность, потом недоумение, потом удивление.

— У Валерки? — зачем-то переспросил он.

Артур Васильевич выслушал обо всех недавних приключениях ребят. Сомнений рассказ мальчишек у него не вызвал никаких.

— Где эти рисунки? — только и спросил он.

Толик принес. Артур Васильевич взглянул на картинки и твердо сказал:

— Это рисовал мой брат. А шифровка? Где шифровка, которую он прислал?

Артур Васильевич взял в руки лист с шифрованной записью, улыбнулся и прочел:

— «Не пытайтесь разыскать меня».

Все посмотрели на него с неподдельным удивлением.

— Ты так хорошо помнишь шифр? — изумилась Вероника Аркадьевна.

— Да. После того, как вы уехали, я совсем загрустил: почитай, без друзей остался. Валерка к тому времени подрос, и я научил его пользоваться этим шифром. Мы с ним играли много лет подряд. Даже переписывались шифром, когда я уже был студентом и жил в другом городе. Шифр я наизусть знаю. И он, наверное, тоже.

Артур Васильевич решительно поднялся и сказал:

— Оставим чай до следующей встречи. Сейчас мы едем к Валерию. Я многое хочу у него спросить. Думаю, вы тоже.

— Нашли все-таки? — хмуро, без всяких приветствий спросил Валерий Васильевич, пропуская нежданных гостей в квартиру.

Мальчишки дар речи потеряли: парковый служитель со шлангом и Валерка были одним и тем же лицом.

Братья совсем не были похожи между собой. Только что-то общее в глазах. Лысоватый, худощавый, сутулый, хмурый Валерий казался полной противоположностью Артуру.

— Что хотите услышать? Что медаль тогда украл я?

— Как ты мог? — выдохнул Артур.

Валерий пожал плечами:

— Отцу скажи спасибо. Никогда не мог простить ему, что он всю войну отсиделся в тылу!

— Прекрати! Ты же знаешь, что отец — инженер, каких мало! От него больше пользы было в тылу, чем на фронте!

— Ну да! А нас с тобой все детство дразнили! У всех отцов медали, ордена! Все победители! А нашему через сколько лет медаль за работу в тылу вручили? Да, потом у него были медали, и ордена были, но все за труд. Ни одного военного!

— Ты никогда не говорил, что тебя это так тревожит.

— Не говорил. Зачем говорить? Можно подумать, тебе не было обидно, что у всех остальных отцы — герои, а у нас — инженер.

— Мне было обидно, что другие не понимали, кто такой наш отец! — жестко ответил Артур Васильевич. — Значит, ты взял медаль только потому, что у нашего отца такой не было?

— Да что ты на меня набросился? — устало спросил Валерий. — Мне тогда шесть лет было. Да, хотелось, чтобы и у нас дома была медаль. Во время драки она выпала у тебя из кармана, и я схватил ее сначала просто потому, как испугался, что ее затопчут, поломают. А как только в руки взял, отдать уже не мог.

— Ты видел, как я ее разыскивал, как плакала Лена, как Вероника бегала к той шпане! Ты видел, и не вернул!

— Не вернул, потому что боялся получить от вас по шее. Боялся, что вы перестанете со мной играть. А потом Лена уехала. И Вероника уехала. Вся эта история забылась. И я вырос, украденная медаль казалась мне обыкновенным детским проступком, глупостью, которую совершил шестилетний пацан. Я старался выкинуть все это из головы, но ничего не получалось. Чувство вины давило и давило, всю жизнь. Думаете, это легко? Я обрадовался, когда увидел, что приехала Лена.