|
"Долговец" по кличке Спектрум, отошедший по нужде в кусты, даже не понял, что произошло. Что-то осторожно коснулось его затылка, и он погрузился в беспамятство, заснув на траве в обнимку с верным автоматом. Не расставаться с оружием было одним из основных правил в Зоне. Мало ли что может случиться! * * * Двое "долговцев" сидели у костра, вспоминая события последней ходки. Что-то тихо прошелестело за их спинами. Один из них обернулся, посветил в том направлении. Но то был всего лишь ветер. Бдительный охранник клана, уже немолодой и бывалый сталкер, не способный ходить в рейды из-за травмы поясницы, в эту ночь находился на своем месте — искусственной вышке, расположенной на стреле башенного крана. Несколько управляемых прожекторов были в его распоряжении. Вся база могла спать спокойно в те ночи, когда он стоял на страже. Он знал это и без устали перемещал световые пятна по земле, следуя известной ему одному траектории, с ювелирной точностью следя за каждым подозрительным объектом. Ни один человек не мог пробраться через его тщательно проработанную и многократно оправдавшую себя систему. Ни один. Борланд тихо приоткрыл дверь, ведущую к лестнице. Сильное волнение охватило его — два года назад его вели по этой лестнице с мешком на голове. Проклятая ночь… Сжав в руках нож, сталкер помчался вверх, неслышно прыгая по ступенькам. Он знал, какая дверь ему нужна. Чувствовал это. И ошибиться не мог. Пальцы легли на дверную ручку, ведущую в комнату, в былые времена предназначенную для допросов. Сейчас как раз было самое время для допросов. Борланд открыл дверь и широко распахнул ее. Как и следовало ожидать, убранство комнаты сильно изменилось. Исчезли трухлявый стол и кишащий клопами зеленый диван. Комната была обустроена по-военному: целый ряд металлических шкафчиков, на дверцах которых исправно работали все замки, сколоченная из досок самодельная, но прочная кровать, и даже умывальник с зеркальцем. Одна из внутренних стенок была разобрана, от чего пространство расширилось втрое, образовав существенный простор. У противоположной стены стоял письменный стол, за которым сидел крупного сложения мужчина с атлетической внешностью и мужественным лицом. Он что-то писал карандашом на листке бумаги. Борланд приблизился к нему, и человек поднял голову, не высказав никаких признаков удивления. — Мир тебе, Борланд, — произнес Ястреб, главный лидер группировки "Долг". — Да какого хрена, мать вашу?! — орал часовой южного блокпоста Бара, чуть не сломав рацию судорожно вцепившимися в нее пальцами. — Поднимите тревогу, вам сказано! В штаб-квартире диверсант! И он может быть не один! Сообщите Анубису, если у самих мозги атрофировались! Рядом с ним, зажимая раненую голову, валялся и стонал его напарник, которого пытался успокоить третий часовой наряда. — Настало время поговорить, — произнес Борланд. — Это верно, — согласился Ястреб, откладывая в сторону бумаги и сцепляя руки на столе. — Присядь. Борланд покачал головой. — Я постою, — сказал он. |
