– Я знаю.

С этими словами Кейн медленно отпустил руку Рио. Некоторое время он безмолвно смотрел прямо перед собой. Лицо его вновь помрачнело, и он задумчиво тронул машину с места.

Не было никаких дел, о которых Кейн упоминал Рамуне. Дорога домой сквозь темную ночь, усыпанную звездами, была долгой и молчаливой.

Ночью Рио почти не сомкнула глаз. Она встала с огромной тяжестью на сердце. Пятичасовой завтрак, к которому девушка привыкла, отложили до семи, чтобы Рамуна и Трейси смогли к ним присоединиться, а Ардис не пришлось накрывать стол дважды. Натягивая на себя слаксы и блузку, Рио ощущала все возрастающую тревогу. А к тому времени, когда девушка спустилась вниз, ей казалось, что ее внутренности сжались в комок.

Не дойдя немного до дверей столовой, Рио услышала голос Рамуны.

– Черт с тобой, Кейн, возможно, я и впрямь должна объяснить, почему так презираю Рио Кори.

Рио замерла на месте. В нерешительности она уже было повернула назад, как вдруг следующие слова Рамуны заставили ее похолодеть:

– Я думаю, что отношения этой девчонки с Сэмом отнюдь не отличались нравственностью. Нет, Сэм, да упокой Господь его душу, никогда не совершал бесчестных поступков, – торопливо добавила Рамуна. – Но видит Бог, не одной мне известно, что она ошивалась здесь все эти годы, виляя хвостом перед ним. Стыдно даже признаться: некоторые люди выговаривали мне за попустительство по отношению к ней.

Кейн что то ответил Рамуне, но так тихо, что Рио не поняла ни слова.

Секунду спустя Рамуна выпалила:

– Господи, да она с самого начала встала между мной и Сэмом! Она постоянно давала мне понять, будто я слишком городская и легкомысленная для всех здешних обитателей. А как отвратительно она обращалась с малышкой Трейси! Конечно, не в вашем с отцом присутствии – она ведь хитрая бестия, – а тайком. Сколько раз моя девочка в слезах прибегала ко мне, убитая горем и озадаченная ее завистью и язвительностью. Если бы Сэм не прикипел так к этой нищенке, мы четверо жили бы дружно и счастливо… Наш брак с Сэмом мог бы стать счастливым. – Голос Рамуны на последнем слове трагически дрогнул, затем, выждав паузу, женщина продолжила с резкой неприязнью в тоне: – Но теперь уже слишком поздно, слишком поздно… И все из за нее. Потеря моего дорогого Сэма и без того тяжела, но я уверена, что эта девчонка, помешавшаяся на Сэме, еще устроит нам истерику на кладбище. О Боже, хорошо, если она не бросится в гроб, умоляя похоронить их вместе! Кейн, что нам делать? Эта девчонка столького нас лишила!

Рио отступила назад, ошеломленная жестокостью услышанного. Ее так трясло, что ноги не слушались, когда она повернулась, чтобы убежать в свою комнату.

В дополнение к потрясению от слов Рамуны, Рио столкнулась нос к носу с Трейси, которая, должно быть, стояла все это время у нее за спиной. Перед глазами поплыли крошечные темные пятна, отчего все тело окутала неприятная слабость, но Рио овладела собой и удержалась на ногах.

Трейси какое то время смотрела на Рио, а потом отвернулась. В ее взгляде сквозило столько надменности и отчужденности, что Рио словно еще раз услышала жестокие в своей нелепости слова ее матери. Сжатые губы Трейси давали ясно понять, что она не собирается вмешиваться – даже если ей придется смириться с гнусной ложью.

Недружелюбие Трейси еще несколько дней назад сбило Рио с толку, но то, что Трейси стала ее врагом, никак не укладывалось в голове. В прошлом они неплохо ладили, и поэтому девушка никак не могла постичь причины столь резкой враждебности.

Рио обошла Трейси и направилась в свою комнату, чувствуя, что с каждым шагом ее сознание затуманивается.

Рио всегда избегала выставлять свои эмоции напоказ и поэтому волновалась, что ее теперешнее состояние сокрушит остатки ее самообладания.