Именно Лоренцо вёл основные переговоры и пытался убедить Донов остальных трёх семейств продолжить противостояние с силами, стоящими за Концерном Джексонов.

Казалось, что переговоры шли с переменным успехом и вдруг было объявлено о заседании «Комиссии», на которое Брайана не пригласили. Это был плохой знак. Скорее всего, это означало, что остальные семейства не признали Флетчера Доном семейства Гамарбино. А значит, и весь их план по захвату Концерна Джексонов и созданию мирового наркосиндиката летел к чертям собачьим. Но Алисия не собиралась сдаваться. Эти ребята просто не понимали, с кем они связались.

* * *

Заседание Комиссии проходило в большом мрачноватом зале без окон. Здесь было не очень уютно, но организаторы думали не об удобстве, а о конфиденциальности. Ни одно слово не должно было вырваться за пределы этого зала. Здесь собрались очень могущественные люди. Этим людям было что скрывать. И дополнительная мера предосторожности, исключающая прослушку лазерным лучом от вибрации стёкол, была только одной из множества изощрённых мер безопасности. Уже на входе в зал Лоренцо понял, что дела плохи. Людей Лоренцо в зал не пустили, в то время как головорезов из семейств трёх остальных Донов в зале было с избытком.

Кроме Лоренцо, за огромным столом расположились трое из пяти Донов, возглавлявших Пять Больших Семей Нью-Йорка: Дон Джузеппе Альбоннано, Дон Тони Коломнанбо и Дон Винченцо Костеллано. На Лоренцо они взирали недружелюбно, если не сказать, презрительно. Атмосфера в зале была зловещей. Флетчера за столом не было. И предчувствия у Лоренцо были самые отвратительные. Он тоскливо раздумывал: «Не поторопился ли он, вступив в союз с семейством Гамарбино и как теперь выкручиваться из сложившейся ситуации». Его жизненный путь мог завершиться прямо здесь и сейчас. Лоренцо принуждённо улыбался, а колёсики в его голове крутились с бешенной скоростью, изощрённый разум интригана судорожно искал лазейку из, казалось бы, безвыходной ситуации.

Лоренцо всё же попытался достучаться до разума своих коллег. Он заливался соловьём, описывая им небывалые перспективы, которые позволят в случае успеха восстановить несколько пошатнувшееся в последнее время положение итальянской мафии в преступной иерархии криминального мира Америки. Но боссы мафии были глухи к его речам. Они молча изучали Лоренцо, как какую-нибудь неведомую зверушку и под их безжалостными взглядами, он чувствовал себя всё более и более неуютно. Постепенно Лоренцо выдохся и замолчал. Он просто не знал, что ещё можно сказать, чтобы убедить этих тупых ублюдков, которые, похоже, для себя уже всё решили и не собирались менять своё мнение.

Наконец, самый старший из них, Дон Джузеппе заговорил:

— Послушай сынок, Эта хрень, которую вы нам с этим ублюдком Брайаном пытаетесь продать, уже давно протухла. Он обещал нам лёгкую победу и контроль над мировым наркотрафиком. Вместо этого мы несём огромные убытки, а наших людей убивают, в таких количествах, которых не было со времён Кастелламмарской войны.

Но дело не только в этом. Брайан Флетчер поднял руку на Дона Фрэнка. Он убил не только главу своей собственной «семьи», но и всех руководителей семейства Гамарбино. Такое нельзя прощать. Неуважение, не останется безнаказанным.

С ним вопрос, считай уже решённый. Тебе сейчас надо думать о себе. Ты должен определиться здесь и сейчас, с кем ты. Если ты публично отречёшься от союза с этим ублюдком, то мы возможно закроем глаза на твои ошибки.