— Здесь, я думаю, нам не помешают.

Он нахмурился.

― Я бы предпочел находиться в своей квартире, там-то уж точно нам никто не помешает.

― Хорошо. — Лили пожала плечами. — Только учти, я не в кроссовках и не могу бегать.

― Прости, я не подумал. — К ее удивлению, он нежно взял ее за руку и повел по тропинке. — Ты в порядке? Сейчас все хорошо?

― Да, спасибо.

Ей понравилось его внимание, его прикосновения, у него были сильные руки. Если бы они встретились не при таких обстоятельствах, то она, наверное, влюбилась бы в этого человека. Даже сейчас у нее возникла мысль, что она больше не испытывает к нему ненависти. А он? Она вспомнила, как он прижался к ней во время танца, как в ней проснулось желание…

Он провел ее через конюшню, наверх по винтовой лестнице к себе в квартиру — просторную, с белым потолком, который поддерживали темные перекладины. На стенах висели великолепные рисунки, дубовые полы были покрыты восточными коврами, диваны в гостиной, мягкие и огромные, обиты черной кожей. Столы, кресла — все в старинном стиле. Свеча на столе освещала огромную комнату. За окнами сияла луна, и ее смутный отблеск распространялся по всему дому.

— Я даже не представляла, что из твоего окна открывается такой потрясающий вид на реку, — произнесла Лили, наслаждаясь свежим, ароматным воздухом. — Ты находишься к реке даже ближе, чем мы.

— И достаточно далеко от главного дома, поэтому сюда редко кто заглядывает. Здесь безопасно.

Она слышала звук его шагов, скрип двери. Несколько мгновений спустя послышалась нежная мелодия кларнета, музыкальный звон бокалов.

— Вина? — предложил Себастьян. — У меня нет шампанского, зато есть восхитительное бургундское. Ты ведь не откажешься?

Он вопросительно взглянул на нее. В комнате повисло напряженное молчание, Лили почувствовала себя неловко. Себастьян снял пиджак, развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Она вспомнила, как он раздевался в мотеле. Он собирается повторить это представление снова?

— Я хотела бы поговорить с тобой о делах, и только о делах.

В первый раз с тех пор, как они встретились, он смутился. Сунув руки в карманы, он подошел к ней.

— Мне нравятся женщины, которые знают, чего хотят, Лили, не сомневайся, — выговорил он, — но я не хотел бы торопить события. Я хочу, чтобы эта ночь стала особенной. Должна быть небольшая прелюдия.

Она уставилась на него.

— Прелюдия?

— Да, — он прикоснулся к поясу на ее платье. — Чего бы ты хотела?

— Я… я… — Она не знала, что делать. — Я не думала, что нам потребуется какая-то… прелюдия.

— Ты предпочитаешь снять платье прямо сейчас? — Он погладил ее по щеке. — Не хочешь немного помедлить?

Снять платье? О чем он говорит?

— Ты пьян? — спросила она, начиная нервничать. Почему они не остались в саду? Ей надо было настоять на этом.

Что ее смущает? Себастьян не ожидал такого от девушки, которая делала все, чтобы лечь с ним в постель.

― Я бы хотел быть пьяным, — буркнул он. — Чего ты хочешь от меня, Лили?

― Правды о моем прошлом. Чего же еще? — Она взглянула ему в глаза. — О боже, ты решил, что я хочу тебя?

― Естественно! После того как ты бросилась на меня, прижималась так соблазнительно во время танца.

― Я не делала этого!

― Разве? — Он усмехнулся. — «Себастьян, надеюсь, ты знаешь, почему я улизнула от мистера Форбеса… Куда ты предлагаешь пойти? Куда угодно, где бы мы были одни…»

― Я подразумевала только… чтобы нас никто не услышал…

― Как бы не так! Я наблюдал за тобой.