По летописи, у Владимира было 12 сыновей: Вышеслав, Изяслав, Ярослав, Святополк, Всеволод, Святослав, Мстислав, Борис, Глеб, Станислав, Позвизд, Судислав. "И посадил Вышеслава в Новгороде, Изяслава в Полоцке, а Святополка в Турове, а Ярослава в Ростове. Когда же умер старший Вышеслав в Новгороде, посадил в нем Ярослава, а Бориса в Ростове, а Глеба в Муроме, Святослава в Древлянской земле, Всеволода во Владимире, Мстислава в Тмутаракани".

После смерти Владимира между всеми этими многочисленными родственниками разгорелась кровавая борьба за власть, причем победа вновь досталась не самому лучшему из князей. В русскую историю победитель вошел под именем Мудрого, но в скандинавских сагах он именуется совершенно иначе – Ярослав Скупой. Запутанность ситуации с наследованием связана с тем, что братья были рождены от одного отца, но от разных матерей. Причем законными в плане наследования по христианскому закону могли считаться только рожденные в браке, и мы знаем, кто из князей мог претендовать на киевский стол по праву веры – дети княгини Анны Глеб и Борис. Но по праву княжения стол должен был наследовать Святополк, сын Владимира от несчастной Рогнеды, взятой силой у полоцкого князя Рогволода. Именно Святополк и стал в летописи козлом отпущения, которому приписали все возможные и невозможные грехи.

По этому тексту, рисующему Святополка настоящим зверем, очень хорошо видно, что он был писан ради того, чтобы "доказать" право Ярослава, который в конце концов сел на киевский стол.

"Святополк сел в Киеве по смерти отца своего, и созвал киевлян, и стал давать им дары. Они же брали, но сердце их не лежало к нему, потому что братья их были с Борисом. Когда Борис уже возвратился с войском назад, не найдя печенегов, пришла к нему весть: "Отец у тебя умер". И плакался по отце горько, потому что любим был отцом больше всех, и остановился, дойдя до Альты. Сказала же ему дружина отцовская: "Вот у тебя отцовская дружина и войско. Пойди, сядь в Киеве на отцовском столе". Он же отвечал: "Не подниму руки на брата своего старшего: если и отец у меня умер, то пусть этот будет мне вместо отца". Услышав это, воины разошлись от него. Борис же остался стоять с одними своими отроками. Между тем Святополк, исполнившись беззакония, воспринял мысль Каинову и послал сказать Борису: "Хочу с тобою любовь иметь и придам тебе еще к полученному от отца владению", но сам обманывал его, чтобы как-нибудь его погубить. Святополк пришел ночью в Вышгород, тайно призвал Путшу и вышгородских мужей боярских и сказал им: "Преданы ли вы мне всем сердцем?" Отвечали же Путша с вышгородцами: "Согласны головы свои сложить за тебя. Тогда он сказал им: "Не говоря никому, ступайте и убейте брата моего Бориса Те же обещали ему немедленно исполнить это. О таких сказал Соломон: "Спешат они на неправедное пролитие крови. Ибо принимают они участие в пролитии крови и навлекают на себя несчастия. Таковы пути всех, совершающих беззаконие, ибо нечестием изымают свою душу". Посланные же пришли на Альту ночью, и когда подступили ближе, то услыхали, что Борис поет заутреню, так как пришла ему уже весть, что собираются погубить его".

Будучи настоящим христианином, Борис, конечно же, истово молился и пел псалмы, которые в летописи все перечислены. Затем, вместо того чтобы выступить против убийц или, на худой конец, бежать от них, Борис возлег на постель и стал ожидать смерти. "И вот напали на него, как звери дикие, обступив шатер, и проткнули его копьями, и пронзили Бориса и слугу его, прикрывшего его своим телом, пронзили. Был же он любим Борисом. Был отрок этот родом венгр, по имени Георгий; Борис его сильно любил, и возложил он на него гривну золотую большую, в которой он и служил ему. Убили они и многих других отроков Бориса. С Георгия же с этого не могли они быстро снять гривну с шеи, и отсекли голову его, и только тогда сняли гривну, а голову отбросили прочь; поэтому-то впоследствии и не обрели тела его среди трупов.