— Главное, чтобы после ты с меня отчет с чеками не потребовал, — как-то невесело рассмеялась вурдалачка. — Н-да. Прямо как в старое доброе время…

Кажется, я уснул еще до того, как за ней хлопнула дверь. Прямо стоя, словно боевая лошадь. И как она вернулась, тоже не слышал, спал, что бревно, до того самого момента, пока меня из небытия смартфон не вырвал своими будильничьими трелями. Между прочим, всего на пять минут опередив Аркашу, который робко постучался в дверь, а зайдя внутрь, не менее застенчиво осведомился, пойдем ли мы завтракать. Мол, внизу уже давно кормят всех тех, кто оплатил питание при бронировании, а мы именно таковы.

Я тут же сообщил ему, что он может полностью располагать собой так, как пожелает, то есть можно завтракать, бриться и даже в туалет ходить, не спрашивая у меня всякий раз на то разрешения.

И вот опять — явно же этот парень комедию ломает, потому что нельзя в его годы быть настолько подконтрольным существом, но почему тогда обида, появившаяся на его лице, выглядит настолько естественной? Ну да, может, он хороший актер, но и я не мальчик-одуванчик, даже с перевертышами дело имел и их, заметим, успешно вычислял, а эти ребята любым старым «мхатовцам» могут фору дать.

Тут же все настолько по-настоящему выглядит, что начинаешь в себе самом сомневаться. Мне прямо даже на мгновение неловко стало за свои слова. Впрочем, извиняться я, разумеется, не стал. Не хватало еще этого.

— Что мы сегодня делаем? — осведомился у меня Аркаша после завтрака, когда мы пили по второй чашке очень и очень недурственного кофе. — Куда идем?

— Кто куда, — охотно ответил я. — Марго, например, дрыхнуть в номере завалилась и до темноты вряд ли пробудится. Ты можешь прогуляться по городу, посмотреть достопримечательности, купить сувениры и полакомиться местной кухней. Но телефон все же держи рядом, кто знает, может, зачем понадобишься.

— А ты? Какие планы?

— С приятелем одним повидаюсь для начала, — ответил ему я и одним глотком опустошил чашку. — А потом видно будет. Блин, кто там еще названивает? Что за люди, пожрать не дадут.

Но ответить на вызов пришлось, поскольку мой дорогой друг Анвар-эфенди помимо всего прочего крайне ранимо относится к тому, когда его игнорируют.

— Максим, я обеспокоен, — практически с места в карьер заявил мне он. — Ангелина-ханым сообщила номер рейса, но на нем не прилетела. Мои люди, поняв, что ее нигде нет, поговорили с кем надо и выяснили — ее не было на борту. Это абсолютно точно. Брат мой, не случилось ли беды?

Я глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Да что ж с вами всеми столько хлопот-то, а? И что теперь делать? Лететь в Москву, искать мою непутевую помощницу? Ведь думал, думал же, что надо проконтролировать ее отлет, помахать ручкой перед тем, как она в «зеленый коридор» войдет. Вот чего так не сделал? Знал ведь, с кем имею дело.

Штука в том, что с ней не обязательно случилось что-то плохое. Геля при всех своих достоинствах обладает и кое-какими недостатками, основным из которых является строптивость определенного рода. Ну вот не терпит она, когда за нее кто-то что-то решает. Спасибо за это следует сказать ее маме, которая чуть ли не с коляски начала реализовывать в дочери свои несбывшиеся мечты, потому то на гимнастику ее отдавала, то на фигурное катание, прививая тем самым Геле как ненависть к указанным видам спорта, так и к любому диктату в принципе. В результате это все разгребаю теперь я. Другая бы обрадовалась, что едет на халяву в лакшери-отель, где ее в попу будут целовать как в переносном, так и в прямом смысле, а этой все не так, все не эдак. Это ж не она сама туда надумала отправиться, а ее сослали, потому сидит сейчас у какой-то подруги на даче и клубнику трескает. Или из чувства противоречия все же летит к теплой волне, но в другую сторону.