В результате через четыре дня мы афериста взяли тепленьким в одном из ночных клубов, а на следующее утро он отправился с Воронцовым обратно на Урал, где, уверен, его ждал крайне горячий прием. Обманутая им дама, насколько я понял, владела то ли мясохладобойней, то ли мясоперерабатывающим комбинатом, так что будущее у парня вырисовывалось не самое приятное, с крюками на потолках, освежеванными тушами и прочими атрибутами фильмов ужасов.

Что до Мишгана — за эти несколько дней мы с ним не то чтобы стали не разлей вода какими корешами, но приятелями нас с той поры точно можно было назвать. Да оно и не сильно странно. По возрасту почти ровесники, он всего на пару лет старше меня, на многие вещи смотрим одинаково, вкусы в музыке и кино у нас совпадают. И, что важно, в ряде многих, скажем так, морально-этических аспектов у нас разногласий ни разу не возникало. А это, поверьте, дорогого стоит.

Ну а самое главное — дело. Профессия у нас была одна на двоих, а это более чем серьезный фактор. Свой со своим всегда общий язык найдет, даже с учетом того, что мою клиентуру обычной не один нормальный человек не назовет, а Воронцов работает по классике, у него дела рядом с мистикой сроду не ходили, но это частности. В остальном-то все одно и то же. Клиенты сами не знают, чего хотят, на премию их фиг раскрутишь, полицейские за свою помощь три шкуры дерут, да еще и кланяться заставляют, и так далее и тому подобное.

После мы время от времени созванивались, да и не только. В том году, когда я один заказ в Краснотурьинске выполнял, он мне спину прикрыл, а после только благодаря его знакомствам нам из этого замечательного города ноги удалось унести. Ну а этой зимой уже я его здорово выручил, когда он снова в столицу наведался по каким-то своим вопросам.

Короче — вот такая у нас взаимовыгодная дружба получается. Мы всегда рады друг друга видеть и друг другу помогать, заранее зная, что долг точно будет платежом красен. Причем не для галочки, а от чистого сердца.

Встретились мы с Воронцовым в кафе, находившемся неподалеку от его дома.

— Извини, что не пригласил к себе, — после объятий и похлопываний по спине, от которых у меня, как всегда, кости затрещали, первым делом извинился он. — Я ж не знал, что ты нагрянешь, понимаешь? Нет, понятно, что тебя, как и меня, срачем не смутишь, но, поверь, есть какие-то пределы, за которыми он приобретает совсем уж хаотическую форму…

— Да не парься, — перебил его я. — Тоже мне проблема. Тут так тут, почему нет?

— Но вечером выпиваем у меня, — заявил мой приятель. — Это не обсуждается. Пельмени, кедровый «Славный Урал», все как положено. Ну а потом пойдем приключения искать.

— Мишань, вот поверь, с чем с чем, а с приключениями у меня все и без того отлично обстоит, — вздохнул я. — Их даже больше, чем нужно. Так что меня вполне пельмени с «кедровкой» устроят.

— Излагай, — благожелательно изрек Воронцов и отхлебнул кваску из литровой кружки. — Люблю слушать истории о чужих проблемах.

Само собой, истинную подоплеку происходящего я ему излагать не стал, но, понимая, что фактически я сейчас нахожусь в положении «пойди туда — не знаю куда», достаточно подробно изложил ситуацию, в которую попал.

— Подытожим. — Мишаня скептически глянул на меня. — У тебя есть клиент, который желает забраться под Уфалейский хребет с тем, чтобы отыскать там капище какого-то древнего мансийского божка. Пока все правильно?

— Звучит как бред, но да, — подтвердил я.

— При этом ни он, ни ты даже не представляете, где это капище находится?

— На данный момент нет.

— Макс, не хочу тебя расстраивать, но вы оба шизики. Серьезно. Лезть под землю с тем, чтобы там бродить в темноте без малейшего понимания, верно ты идешь или нет, есть верх идиотизма.