Кейла с улыбкой поблагодарила его за изысканный комплимент, но на самом деле была не слишком польщена. Вот если бы Майкл сказал ей нечто подобное... Она поискала глазами Майкла. Он стоял чуть в стороне и беседовал с двумя представительными мужчинами, которые, хотя и были одеты в простые летние брюки и рубашки с короткими рукавами, держались очень солидно.

Кейла невольно залюбовалась: по сравнению с Майклом, который как будто излучал спокойную властную силу, даже Энтони Куин казался просто мальчишкой. А еще от Майкла исходила неодолимая сексуальная привлекательность, к которой невозможно было оставаться равнодушной...

Следующий час Кейла провела в обществе Энтони Куина, который хотя и высматривал постоянно в толпе свою яркую подругу, от Кейлы все же не отходил. Он развлекал ее смешными историями про актрис и актеров, рассказывал забавные случаи, происходившие на съемках того или иного фильма, и Кейла смеялась от души. Ей было действительно интересно общаться с Энтони, хотя — на ее взгляд — он слишком много пил.

Наконец к ним подошла Айрин, и Кейла воспользовалась возможностью пообщаться с Годфри Сетчеллом, очень приятным пожилым актером, страшным, как смертный грех, но необыкновенно обаятельным. Он приветливо улыбнулся ей:

— Как я завидую вам! Вы живете в таком изумительном месте...

Кейла тоже улыбнулась ему, но улыбка получилась несколько вымученной.

— Я здесь просто в гостях. Вам понравилось на Тасмании?

Годфри почему-то скользнул взглядом по точеной фигурке Джудит Поулден, которая о чем-то болтала с Майклом.

— Очень понравилось, — отозвался он. — А знаете, еще днем, когда нас только друг другу представили, я подумал, что вы мне кого-то напоминаете. Но я никак не мог вспомнить, кого, пока не увидел вас в этом роскошном наряде.

Кейла изобразила на лице заинтересованность.

— Неужели у меня есть двойник?

— Не то что двойник, но много лет назад в Италии жила одна женщина, на которую вы очень похожи. — Годфри прищурился, пристально глядя ей в лицо. — У моей бабки была прекрасная репродукция картины кого-то из прерафаэлитов. Она называлась «Пламенеющее лето» и изображала спящую девушку. У нее был такой же прямой длинный нос. И такие же, как у вас, полные губы. Белая кожа и огненно-рыжие волосы. На ней было что-то вроде туники без рукавов — точно такого же цвета, как ваша шаль. Желтая с оранжевым и золотым.

— Правда? Как интересно...

Кейла действительно была заинтригована.

Майкл с Джудит пробирались к ним сквозь толпу гостей. Кейла заметила, как Джудит запросто держит Майкла под руку, и сердце ее неприятно кольнуло.

— Я попробую разыскать репродукцию. — Она улыбнулась Годфри. — Интересно, ту девушку тоже в детстве дразнили за рыжие волосы?

— А вас, наверное, называли морковкой?

К своему собственному удивлению, Кейла от души рассмеялась.

— И морковкой, и мандарином сушеным...

Годфри тепло улыбнулся.

— Уверен, большинство тех девчонок, которые вас дразнили, сейчас бы все отдали за то, чтобы иметь зеленые глаза, роскошные рыжие кудри и молочно-белую кожу, как у вас.

Этот комплимент почему-то смутил Кейлу. Может быть, потому, что Годфри говорил искренне.

— Вряд ли, — улыбнулась она в ответ. — Кстати, из-за этой «молочной» кожи я столько трачу на солнцезащитные кремы, что так недолго и разориться.

Кейла смущенно умолкла и покраснела, решив, что держится с ним как-то уж слишком непринужденно.

Однако Годфри вполне серьезно заметил:

— Но она того стоит.

В этот момент к ним как раз подошли Майкл с Джудит.

— Что чего стоит? — настороженно спросила Джудит, переводя взгляд с Годфри на Кейлу.

— Такая роскошная кожа стоит того, чтобы ради нее разориться на солнцезащитных кремах, — с готовностью пояснил Годфри.