Что и говорить, эти сны было нетрудно растолковать!

— Майкл приезжает в субботу, — как-то вечером сообщила Мэг. — Звонили из его офиса в Хобарте. Он уже закончил дела в Англии, но решил слегать на пару дней в Сан-Франциско.

Туда, где живет Джудит Поулден!

Ревность — странная вещь, рассуждала про себя Кейла, пытаясь быть объективной. У нее нет ни малейшего права ревновать Майкла: ведь он не давал ей никакой надежды, даже повода для того, чтобы на что-то надеяться. Да, он был к ней добр, но Майкл просто по натуре отзывчивый человек. Точно так же он добр к Мэг и к Саймону. Точно так же он был добр к ее маме...

И все-таки ревность пылала в ней неудержимым пожаром!

Прошло еще несколько дней. Близились выходные. В пятницу Кейла работала особенно продуктивно. Вечером, когда на улице стало чуть прохладнее, она вышла на веранду, чтобы перечитать написанное за день. Однако вскоре отвлеклась от чтения и просто сидела в сумерках, наслаждаясь красотой притихшего сада и прислушиваясь к шелесту волн, набегающих на песок.

Внезапно ее охватило какое-то странное возбуждение. Казалось, каждая клеточка тела напряжена в сладостном предвкушении чего-то волшебного. Кейла отложила рукопись и спустилась в сад, залитый светом заходящего солнца — густым и золотистым, как мед. Она прекрасно знала, что сегодня ничего не должно произойти, но не могла противиться неодолимой власти первобытного желания, которое вдруг вспыхнуло в ней.

Кейла наклонилась понюхать розу, и в нежном соблазнительном аромате цветка ей почудилось что-то греховное — обещание наслаждения, какой-то сладостно-мучительный восторг...

Да что же это со мной? — изумленно подумала Кейла и в тот же миг краем глаза заметила какое-то движение на веранде. Она выпрямилась и обернулась туда. Из сумрака выступила темная фигура — порождение ее горячечного бреда, воплощение ее неутоленного желания...

А потом Майкл спустился по ступенькам и вышел на свет. Кейла непроизвольно сжала руку, в которой держала розу, и острый шип впился ей в палец. Она тихонько вскрикнула.

— Что такое? — Майкл ускорил шаг.

Кейла молча протянула ему руку. Он осторожно взял ее, а потом вдруг наклонился и поцеловал пораненный палец.

Никогда еще Кейла не испытывала такого наплыва чувственности. У нее закружилась голова. Она очень надеялась, что Майкл не заметил, как она вздрогнула, когда он провел пальцем по ее ладони, которая неожиданно обрела предельную чувствительность.

— Ничего страшного, — сказал Майкл. — Ты пахнешь цветами. — Он сорвал розу и протянул ее Кейле. — Это тебе в качестве небольшой компенсации.

— Я думала, ты приезжаешь завтра. — Ее голос звучал как-то слабо, но все-таки не дрожал.

— Да, я собирался вернуться завтра. Но планы несколько изменились.

— А Мэг ушла в гости...

Сумерки уже сгущались. Во влажном вечернем воздухе особенно явственно проступили запахи: чистый запах травы, дурманящий аромат цветов и соленая свежесть моря.

— Правда? — В голосе Майкла ощущалось напряжение, и Кейла как бы невзначай отступила на шаг.

— Ты обедал? У меня есть салат...

— Я не хочу есть!

Это было сказано так раздраженно, что Кейла с удивлением взглянула на него, а потом молча повернулась и медленно пошла к дому. Но Майкл тут же догнал ее.

— Прости. Я, пожалуй, чего-нибудь выпью. Не хочешь присоединиться?

— Да, спасибо. — Кейла подумала, что чашка горячего крепкого чаю ей сейчас не помешает. — Только сначала уберу рукопись с веранды.