Аркониэль облегченно вздохнул, когда воины подхватили клич, но Айя нахмурилась.

— Разве она не понимает, что Корин не уступит без борьбы?

— Может, и не понимает, но даже если она и знает об этом, она все равно сказала все правильно, — заметил Аркониэль. — Не каждого лорда ей будет так легко залучить на свою сторону, как Кимана или Джорваи. И еще осталось слишком много родственников Солари, да и Корин в глазах многих обладает законным правом. Нельзя, чтобы о Тобин сразу заговорили как об убийце родственника и отступнице. Что бы ни случилось позже, ее сегодняшние слова войдут в легенды.

— Я в этом не уверена.

— Доверься Светоносному, Айя. То, что она вышла из такой битвы без единой царапины, уже хорошее предзнаменование. И то, что мы оба стоим рядом с ней, — тоже. — Аркониэль снова обнял волшебницу. — Великий Свет! Как же я рад тебя видеть! Когда Эйоли прислал весть об атаке… Я очень испугался.

— Кстати, я не ожидала увидеть тебя так скоро. Ты что, научился летать? — спросила Айя. — И что с твоим запястьем? Ранили в сражении?

Аркониэль рассмеялся.

— Нет, я держался в сторонке. Но я извлек наконец пользу из тех чар, что показывал тебе. Помнишь, те, из-за которых я потерял палец?

Айя неодобрительно вскинула брови.

— Транслокация? Великий Свет, ты что, испытал перенос на себе?

— После нашего последнего разговора я внес в заклинание кое-какие изменения. И это был единственный способ вовремя добраться до Тобин. — Он снова показал свое сломанное запястье. — Пожалуй, часто прибегать к такому способу я бы никому не посоветовал, но ты только подумай, Айя! Сотни миль остались позади в одно мгновение ока!

Айя покачала головой.

— Я всегда знала, что ты станешь великим, мой мальчик. Только не представляла, что ты достигнешь вершин так быстро. Я так горжусь тобой… — Она вдруг замолчала и с тревогой посмотрела на Аркониэля. — Где она? Ты ведь не расстался с ней?

Аркониэль распахнул плащ и показал Айе потрепанную кожаную сумку, висевшую на его поясе.

— Она здесь.

— А они — там, и некроманты с ними, — негромко произнесла Айя, хмуро глядя на Эро. — Держись от них подальше. Отстань от войска или спрячь это где угодно, но не допусти, чтобы ее захватили!

— Я много думал об этом, когда очутился здесь, — признался Аркониэль, — я мог бы отослать ее назад. Витнир еще…

— Нет! Помни, что говорила тебе Ранаи. Только один хранитель может держать чашу при себе, а то дитя здесь ни при чем. Если же случится худшее, а я буду еще жива, отошли чашу мне.

— А если ты… тебя уже не будет?

— Ну, думаю, тогда нам лучше бы заранее присмотреть преемника, а? — Айя вздохнула. — Что нам делать дальше, я не знаю, но по крайней мере мы уже кое-чего достигли. Аркониэль, я видела, как Тобин открылась всем в ту ночь, видела из Эро. И другие тоже. Должно быть, это случилось в тот момент, когда разорвались чары связи. Я видела ее лицо так же ясно, как вижу сейчас твое. Вы с Лхел тоже обратили на это внимание?

— Я видел, а вот о Лхел ничего не могу сказать. Мы с ней не встречались с середины зимы. Она просто… исчезла, и все. А когда я вчера был в замке, у меня не было времени ее разыскивать. Но Нари тоже с ней не сталкивалась с тех пор, как мы ушли в горы.

— Ты о ней тревожишься.

Аркониэль кивнул.

— Да, она ушла в самые холода и почти ничего не взяла с собой. Если она не вернулась в свой дуб… Ну, может, она и не собиралась туда идти.