Эльфы потихоньку расползлись. Они маялись от скуки и не знали, чем себя занять, поэтому с радостью согласились помочь гному, но им даже спасибо не сказали, зато мордой по полу провезли и за уши оттаскали. Ай, темные! Разве можно что-то другое от них ожидать? Только искать касаль все равно веселее, чем изнывать от скуки в переполненных комнатах, где нельзя косточки ближайшему соседу перекрыть и не в кого ножичком потыкать, ибо свидетелей многовато.

 Теперь поиски светлых стали более определенными. Их взгляды привлекало все деревянное. Они снимали картины в рамах из дорогих сортов дерева, потрошили подоконники зарились на оконные рамы, но целых окон и так осталось мало, а по вечерам из леса дул холодный ветер. Подумав, окна оставили в покое, отколупнув по кусочку. Двери, столы, шкафы и кровати также подверглись нападению. Кто-то остался без ножки, кто-то без резного украшения на двери, а кое-что ушастые приволокли целиком - надо же было на чем-то образцы доставить!

 Мрацеш осмотрела очередную кучу, нащупала стул и медленно на него опустилась. Едва ее пятая точка коснулась сиденья, как стул накренился, хрустнул и развалился под хрупкой женщиной. Взмахнув руками в поисках опоры и не найдя ее Сташа повалилась на пол. Один из острых осколков проткнул балахон и пронзил высохшую плоть бедра. Ушастые в ужасе отшатнулись, уверенные, что сейчас из некромантки посыплются убийственные заклинания.

 Вампирша рыкнула, вытащила деревяшку, мазнула по ней взглядом и сжала ее в руке, направив на эльфов.

 - Кто? -прошипела она. Светлые попрятались друг за другом. - Еще раз спрашиваю кто? - ушастые вытолкнули вперед самого тощего и страшненького. Некромантка подошла к нему и, улыбнувшись, произнесла: - Срасибо, это то, что нужно.

 Эльф облегченно выдохнул и несмело улыбнулся в ответ, а потом, вдруг расчувствовавшись окончательно, разревелся и крепко обнял вампиршу.

 Сташа всплеснула руками и подняла их вверх, не зная, как поступить с повисшим на ее талии эльфом. В толпе сородичей чувствительного малого послышались смешки, мгновенно переросшие в открытый хохот.

 "Вот жеж... влипла!" - озадаченно подумала Мрацеш.

 Отшвырнуты бы наглеца, да он настолько тощий, что не дай милостивые предки от удара развалится на составляющие. Из нее же моментально чудовище кровожадное сделают и детей ее именем пугать будут.

 - Отпусти, - попросила вампирша, пытаясь аккуратно отцепить ушастого от балахона.

 - Ни за чтооо! - провыл эльф. - Они же меня бьют, тиранят и житья не дают, а вы хорошая, добраяяя. Я теперь от вас никуда не уйдууу...

 Сташу перекосило от прильнувшего к ней счастья, а уж от перспективы обзавестись хвостом-нытиком вовсе дурно стало и голод проснулся. Только покусать хотелось всех остальных, но никак не тощего эльфеныша с доверчивыми золотисто-карими глазами. Его, наоборот, хотелось прижать к себе, приласкать и до отвала накормить конфетами.

 Мастера передернуло. Проклятие, похоже у нее, у наполовину мертвеца материнский инстинкт проснулся и объявил себя живее всех живых.

 - А вам дерево зачем надо? - осторожно поинтересовался ушастый, обнадеженный тем, что за первые три минуты голову ему не оторвали - есть шанс она так при нем и останется. - Я ведь из него все-все могу сделать! Резчик я...

 Вот теперь вампирша по достоинству оценила "подарочек". Уже с интересом она взглянула на подростка, шикнула на остальных и попросила мелкого вырезать трубку. Только быстро, ибо вечности подданных Леса у нее в запасе нет.

 Мальчишка оказался понятливый. Откуда-то приволок свой набор инструментов, уселся в уголке кухни и под мелодичный свист принялся из ножки злополучного (или счастливого?) стула строгать трубку.

 Через пару часов эльфеныш стыдливо пряча глаза и извиняясь на каждом шагу преподнес некромантке свою работу.