– Дуры. Раньше вы чем думали? Вы уже наследили. Ты, Хильда, тушила о запястья Этель бычки еще час назад. А теперь…

– А теперь я раскаиваюсь и хочу ей помочь. Так что отвали, если не собираешься присоединиться.

– Думаешь, это тебя спасет? Этель же все слышала и поняла, что ты вовсе не раскаялась, а просто испугалась!

– Да какая разница, что у нее там случилось?! – Ложь сорвалась с языка гладкой сказкой. – Просто выпустите меня и пообещайте больше не трогать ни меня, ни Каспера, и мы квиты.

Этель закусила губу, ожидая, что будет дальше.

– Слышал? Мы с ней подружимся, а ты беги к своему Тобиасу.

– Идиотка. С хрена ли ты вообще сюда приперлась, если такая трусиха?

– Я была пьяна, – с ледяным спокойствием напомнила Хильда, и Этель знала, что та не врет.

В машине, в которой ее везли вместе с Дареном, все провоняло спиртом. Особенно несло от Хильды и Клео, которые едва могли вспомнить собственные имена.

– Постояла на холоде, протрезвела. Поняла, что творю, и одумалась. И тебе то же советую, – как по пунктам расписала Хильда. – Ну что? Так и будешь верить, что Тобиас – наш щит и меч? Лично я уже в этом сильно сомневаюсь.

– Друзья не заставят тебя вытворять такое, – дрожа от страха или от рыданий, согласилась Клео. – Мы ведь сейчас… преступники. Так нельзя!

Этель все еще не могла видеть, потому что песчинки земли под веками смешались со слезами. Но она кожей ощущала на себе пристальный взгляд Зака и ярко представила, как тот стоял у края ямы и жевал сигарету, смотря вниз. Горький запах табака щекотал нос и легкие, но лучше уж вдыхать его, чем нюхать пропитанную смертью землю.

– Ну вот отпустите вы ее. А дальше что?

– Лично я сваливаю, – уверенно заявила Хильда.

– Домой? – сквозь стук зубов проронила Клео.

– Вообще. Подальше от Тобиаса и его идиотизма. То, что начало происходить, – бред какой-то. Чувствую себя шестеркой с руками по локоть в крови, соплях и слезах врагов. Фу.

– Я с тобой! – поддержала подругу Клео.

Зак устало вздохнул и, судя по шороху, подошвой затушил бычок.

– Я поставлю лестницу, а потом, как отойдем подальше от кладбища, вызову нам такси.

Путы, что сдавливали сердце Этель, лопнули. Она позволила себе немного расслабиться и воспряла духом. Первую победу она уже одержала. Следующее сражение начнется уже утром, когда она позвонит сестре и они вместе придумают, как действовать дальше.

Пока Хильда и Клео, обрадованные таким исходом не меньше Этель, поливали Тобиаса всеми существующими ругательствами, она даже подумала, что не хочет создавать девушкам больших проблем. Мысль показалась наивной и глупой, но Этель не могла отделаться от ощущения зарождающейся симпатии к недавним обидчицам.

Да, то было не искреннее раскаяние, а лишь страх. Но то, что Клео и Хильда одумались и сделали крохотный шаг навстречу переменам, – уже успех.

Слушая шорох шагов Зака и полную яда беседу девушек, Этель сгорала от нетерпения. Лежа на дне ямы, она ощущала себя опустошенной и оторванной от мира. Несмотря на боль, тело просило свободы движений, и Этель мысленно вела обратный отсчет до окончания пытки.

Сейчас Зак возьмет лестницу. Опустит ее к ногам Этель. Он спрыгнет сюда сам или это сделает кто-то из девушек? Потом на руках и ногах Этель разрежут веревки, и она взберется наверх – к траве, а не голой земле. К широкому небу, а не его прямоугольному клочку.

Но что-то в ее идеальном плане дало трещину.

– Зак! Хильда! Здесь кто-то есть, – встревоженно шепнула Клео, и вся компания сверху притихла на несколько секунд.