|
Мать Адриана такую внешность называла «породистой»; отец, впрочем, добавлял, что породы бывают у лошадей и собак, а у человека — происхождение. Адриан не знал, и впрямь ли этот человек происходил от Молога, но поверить в это было не очень сложно: тёмные волосы и глаза, до черноты загоревшая кожа — ну точно и впрямь дьявол, только-только вылезший из печки. Только вот улыбался дьявол вовсе не так, как в понимании Адриана было положено улыбаться нечистой силе: от этой улыбки не было ни страшно, ни муторно. И даже хотелось улыбнуться в ответ, чего Адриан, впрочем, не сделал.
А ещё через мгновение он забыл и про странные слова Тома, и про его внешний вид, и даже про Молога, потому что внезапная догадка озарила его и вытеснила все остальные мысли. — Постой, я знаю тебя! Я тебя видел вчера в замке. Ты пилигрим, ты пришёл с пилигримами! — Вот, это уже точнее, — усмехнулся Том, сверкнув зубами, неестественно белыми на фоне его вымазанного сажей лица. — Я и правда пришёл с пилигримами, хотя сам не пилигрим. Был бы ты всегда таким наблюдательным, может, вышел бы толк. — Так ты проник к нам в замок специально, чтобы… чтобы меня… — Чтобы тебя забрать, — просто закончил Том. — Да. Специально для этого. — Зачем? Ну… ну зачем? Адриан задал этот вопрос с тоской в голосе, не особенно надеясь на ответ — но получил его. Том посмотрел на него блестящим, внимательным, ужасно странным взглядом. И сказал: — Тебе нельзя было там оставаться.
Беда стряслась ещё до полудня. Вернее, стряслась-то она гораздо раньше, просто до полудня Адриан о ней не знал. Не знал и Том, и отцовские крестьяне, приютившие на ночь двух заезжих угольщиков. Слух проник за толщу замковых стен только с рассветом и понёсся по холму вниз, разносимый солнечными лучами и людским страхом. Группа крестьян бросила работу в поле и шумно переговаривалась, стоя у дороги. При виде их сердце в груди Адриана заколотилось: может, отец уже успел разослать весть о его исчезновении, может… — Эй, вы! — крикнул один из крестьян ещё до того, как телега успела с ними поравняться. — Часом не из замка теперь будете? — Не из замка, мил человек, — с прежней невозмутимостью отозвался Том — даже вплотную приблизившаяся опасность не вынудила его потерять самообладание. — Мимо ехали, в деревне вашей заночевали. — А не слыхали, правду про замок говорят? — спросил другой крестьянин. Они ждали ответа в явном волнении, лица у всех были напряжённые и испуганные. Том придержал кобылу, и сердце в груди Адриана снова ёкнуло, но на сей раз — от невыносимо дурного предчувствия, так что захотелось вцепиться Тому в плечи и закричать: «Нет, не останавливайся! Давай скорее уедем отсюда!» — А что — замок? — обеспокоенно спросил Том. — Да, говорят, там ночью стряслось что-то, — нервно теребя в кулаке шапку, ответил первый крестьянин. — Вроде напал кто-то, то ли лорд соседний, то ли ещё какой бес. И лорда нашего, говорят, и леди повязали, и детишек их — всех как есть! Как знать теперь, солдат не пришлют?.. — Так не слышно же нечего, — возразил кто-то. — Всю ночь спокойно простояли, в замке вроде тоже всё тихо было… — Ну да, говорят, там даже тревоги поднять не успели. Предатель в стены пробрался, видать, и ворота открыл… — Что ж теперь будет? — в панике спросил кто-то, и тут все заговорили разом, крича и перебивая друг друга. Кто-то, махнув рукой, кинулся к деревне — собирать скарб и бежать в лес, пока время есть. |
