— Не вижу существенных причин, чтобы отказываться от общения с понравившейся мне девушкой, — пожал плечами Саша и снова насмешливо улыбнулся.

— А то, что у девушки есть парень? Да и сама девушка не сильно жаждет этого общения? — вопросительно глядя на Степнова, поинтересовалась она.

— Наличие на горизонте какого-то парня меня, если честно, вообще не волнует, — привалившись плечом к стене, опер нагло смотрел ей прямо в глаза и улыбался.

— А девушка просто еще сама не знает, от чего отказывается. И, возможно, ей нужно помочь это понять.

От его взгляда, словно медленно раздевающего ее на глазах у всех, от этих слов, произнесенных совершенно спокойно и уверенно, от этой расслабленной, вальяжной позы, в которой он стоял перед ней, загораживая выход, стало не по себе. Она понимала, что бояться нечего — кругом сновали сотрудники, периодически кто-то протягивал Степнову руку для приветствия, их обходили, чтобы пройти в кабинет начальника. И все же откуда-то из груди поднимался холодный, вязкий страх, перехватывающий дыхание, заставляющий сердце биться в бешеном ритме.

— Товарищ майор, — демонстративно взглянув на погоны на его рубашке, медленно проговорила Юля, — может быть, уже перейдем к рабочим вопросам? Улыбка медленно сползла с его губ, черты лица стали более жесткими, а в глазах зажегся злой огонек.

— Как вам будет угодно, товарищ старший лейтенант, — сквозь зубы, сухо процедил парень и, отлепившись от стены, сделав пригласительный жест, направился вперед по коридору.

Глава 8

Весь день Юля старательно изображала спокойствие, думая лишь об одном — как выдержать две недели в этом месте, две недели в обществе этого человека.

Было решено, что ей на это время выделят стол в кабинете следователей, где обитали трое молодых ребят и серьезная пожилая дознавательница с погонами подполковника по имени Валентина Ивановна. При них опер вел себя сдержанно, общаясь с ней более официально, чем в коридоре. Он принес ей из дежурки список помещений отдела, а также имена сотрудников, заведующих ими. Юля сидела как натянутая струна, отвечая ему вежливо и сдержанно, и мысленно успокаивала себя тем, что это всего лишь работа и он всего лишь сотрудник ОМВД, по серьезным же вопросам она все равно будет ходить к начальнику.

К счастью, у самого Степнова вскоре нарисовался вызов на происшествие, и, пожелав ей приятного дня, а также выразив уверенность в том, что они скоро увидятся, он удалился вместе со своими операми. Вздохнув с облегчением после его ухода, Юля наметила себе примерный план ревизии и подготовила нужные документы для ее осуществления, одновременно с этим познакомившись поближе с обитателями кабинета.

Все трое парней были примерно одного возраста, ее ровесники. Они пришли работать сюда около года назад из соседнего отдела, который был расформирован. Парни шутили, дурачились, и, кажется, совершенно не занимались своими непосредственными обязанностями, в отличие от серьезной тетеньки, беспрерывно что-то строчащей на компьютере.

В этот день она больше не видела Степнова. В ОМВД ни он, ни опера не возвращались, задержавшись на задании, и, уже выходя из отдела в начале седьмого вечера, Юля пожурила себя за панику, которую вызывали у нее мысли о том, что нужно здесь находиться. Да, Степнов, конечно, сволочь редкостная и обладающая к тому же какими-то полномочиями, раз ему удалось повлиять на ход ее распределения, но, похоже, парень сделал это чисто из принципа, не планируя каких-то конкретных действий на ее счет, да и времени у него на нее совершенно не было.

Макс тоже не объявился, занятий в институте на этой неделе не было, и, приняв ванную, Юля легла пораньше спать.