Вспыхнув, как маков цвет, она застыла и обернулась, одарив Андрея гневным взглядом.

— Я не девочка!

— Пусть тот, кто скажет, что ты мальчик, первым кинет в меня камнем, — спокойно ответил он.

— Я девушка! — гневно раздувала она ноздри. — Мне уже двадцать один год!

— Нашла, чем гордиться…

— Ты… — прошипела она подобно кобре. — Ты ответишь за свои оскорбления, смерд!

Выгнув шею, пигалица отряхнула попу и поспешила к учебному корпусу.

— Двинутая, — едва слышно прошептал Афанасьев.

Собрав книги, он пошёл дальше к общежитию артефакторов. В учебное время там была тишь и благодать. Душевые свободные, чем он тут же воспользовался. Там имелось кусковое мыло, но вода лилась лишь холодная, что не способствовало комфортному купанию.

Простирнув рубашку, нижнее бельё и носки, обернувшись полотенцем вокруг бёдер, он отправился в спальню. Там он развесил одежду на просушку на спинках стульев и переоделся в чистый комплект белья.

Полистав записи магистра, Афанасьев понял, что прочитать весь список литературы за пять лет нереально. Для этого придётся забить на занятия и поселиться в библиотеке. Судя по заметкам, список рассчитан на более длительную подготовку. И это только один предмет, а их тут больше.

В любом случае он собирался переложить упорядочивание сведений по местной магии на виртуальный интеллект, поэтому не беспокоился.

За десять минут до обеда он вышел из общежития в столовую. Там он оказался в конце очереди. Получив свою порцию еды, он направился к столику, за которым сидела вчерашняя компания.

— Торин, Кевин, Пётр, — кивнул он каждому из парней.

— Здорова! — приветливо махнул рукой Кевин.

Пётр поджал губы и ничего не ответил.

Торин кивнул в ответ и сказал:

— Как дела?

— Неплохо. Магистр Демокрит одолжил мне список литературы по своему предмету. У вас всегда из крана в душе идёт холодная вода?

— Конечно, — наколол на вилку кусок мяса дворф. — Мы же не аристократы, чтобы иметь личную ванную с горячей водой и ватерклозет.

— Хм… Парни, может, я чего-то не понимаю. Я не нашёл верёвок для сушки вещей и никаких тазов для стирки.

— Пф! — чуть не подавился Торин. Прожевав мясо, он одарил соседа по комнате насмешливым взором. — Андрей, ты сам стирал?

— Да. А что?

— Вообще-то для этого есть прачки. Нужно собирать грязные вещи, паковать в мешок с нашитым именем, факультетом и номером комнаты. Этот мешок утром оставляешь у коменданта, а через день забираешь у него же с чистыми вещами.

— У меня нет такого мешка. К тому же, Торин, мне об этом никто не сказал.

— Бардак, — веско прокомментировал Кевин.

Пётр с издевательской ухмылкой посмотрел на Афанасьева и вернулся к своей тарелке.

Кормили в столовой неплохо. На обед была каша, напоминающая рисовую, с мясной подливой. К ней шла мисочка с салатом из овощей, три кусочка белого хлеба и большой стакан розового морса. Порции были большими, хватило бы, чтобы наестся даже здоровяку, но разжиреть с такой кормёжки вряд ли получится.

Парни почти одновременно расправились со своей едой. Пётр с Кевином поспешили куда-то по своим делам. Торин вразвалочку отправился с Андреем.

— У меня до следующего урока ещё полчаса, — пояснил он. — Подышу с тобой воздухом.

На выходе из столовой в просторном холле Афанасьев заметил утрешнюю пигалицу. Она стояла возле стены в компании трёх щеголеватых хмырей. Двое из них — худые дрыщи в синих камзолах размалевали рожи пудрой и намазюкали губы ярко-алой губной помадой.