| Микробы и бациллы, вирусы и прочее.Я тут уже давно, но никаких последствий к моему большому теперешнему облегчению (вот прям в этом миг глубоко-глубоко вздохнул и счастливо выдохнул) не заметил. Я здоров как бык, пожалуй, даже ещё здоровее чувствую себя, чем полгода назад, впрочем, это может быть связанно и с моим Даром. Местные тоже чувствуют себя неплохо, ни кашлянут, ни чихнут и за обе щёки уписывали продукты, что я попервости им таскал.Есть несколько вариантов. Первый, наши миры настолько разные, что микробы дохнут в чужеродной среде, не находя привычной пищи. Но тут уже вступает противоречие сходство животного растительного мира, те же дикари один-в-один как я, ну, за небольшим исключением, но так и на Земле есть расы, которые друг от друга сильно отличаются. В общем, вариант достоин, разве что, выведения в запас, так сказать, в качестве запасного.Есть и второй, который мне больше нравится. По нему выходит, что переход из мира в мир полностью очищает организм или нейтрализует иномирные микроорганизмы. Хотя... тогда бы я был предоставлен местным вирусам в качестве десерта - чистенький, чужой, без иммунитета.Зараза, без поллитры не разберёшься.Третий вариант, мой Дар помогает от местной гадости.Четвёртый...ну, тут всё сложно. Хотя и не стоит сбрасывать со счётов. По нему выходит, что переход награждает меня местными антителами, иммунитетов, легко включая в мироздание.«Но по бабам всё равно ни-ни, если только с резиновой защитой и без поцелуев».Вручив Шафдичу ткань, нитки с иголками и объяснив, что от него требуется, я переместился на Череп. На этом неприступном острове я понемногу строил себе базу. Начал с металлического каркаса и вот сегодня уже можно цеплять на стены стальные листы. Когда этот теремок закончу, хрен кто сможет меня из него выкурить. Я ещё и пару пулемётных точек оборудую наверху в маленьких пещерках, не поленюсь склепать дистанционное управление, авось, в интернете найдётся что-то из нужных схем.Осталось только набраться храбрости и обнести склад или оружейный магазин, что для меня непросто.Прошло ещё две недели. К этому времени я уже наблатыкался с грехом пополам беседовать с Шафдичем. Других я понимал, как и они меня, но вот вести беседы со страшным донгацем не осмеливались, тут же начинали заикаться или вовсе немели. Разве что дети относились ко мне хорошо, чувство страха в них имелось, но они с ним вполне справлялись, особенно, когда я принёс ворох удочек взамен поломанных - на рыбную ловлю с помощью земных снастей они подсели плотно, особенно у них ценились блёсна.- Почему вы решили, что мне нужны человеческие жертвы, Шафдич?- Донгац, я не понимаю тебя.- Когда вы меня увидели во второй раз, то у статуи лежали два черепа - большой и маленький. Ещё я помню, что женщин и младенцев было по трое.Дикарь чуть помялся, потом дал ответ.- Никто не знал, что любит донгац. Старый донгац всегда хотел крови и головы врагов.- Старый?- Очень давно это было, пришёл он издалека, с другого берега большой воды, которая горька и ядовита.- Хм, понятно... ладно, об этом потом. А что в кострах жгли, в котелке? Вонь стояла жуткая.- Дыхание донгаца в ту ночь нас спасло и испугало врагов. Этот дым - символ его дыхания...Понемногу смог выпытать, что в племени обязательно появляется донгац, когда всё становится очень плохо. Был у них и человек, тот самый любитель голов, который уничтожал врагов одним движением руки (как именно, что за спецэффекты при этом сопровождали - рассказчик не знал). Был и летающий ящер, спасший самую крупную деревню, куда собрались все роды племени делокан, собираясь защищаться от полчищ врагов, следующих по пятам. Неведомая огромная тварь рухнула с небес, уничтожив за мгновение несколько десятков врагов, а потом устроила бойню для оставшихся. Шаманы назвали ящера донгацем на всякий случай, хотя дальнейшего участия в жизни племени тварь не принимала, просто поубивала враждебных воинов, часть сожрала и улетела. Потом деморализованных врагов долго отлавливали в лесах, принося в жертву ящеру (как понимаю, неведомая драконообразная зверушка пролетала мимо, увидела толпу вкуснятины и решила полакомиться, на шатры и шалаши заопасалась падать, ценя свои лапы да брюхо, держа их подальше от толстых и длинных жердей, а вот осаждающим деревню дикарям досталось по полной - видимо, там было чистое поле). |
