— Когда Коби от тебя ушел, «Hb» выжил?

— Организация сильнее одной отдельно взятой личности. Когда Коби исчез, нас было уже больше тридцати. По всей стране. В Калахари, Квазулу, Кару. Но мы сосредотачивались только на охране природы, общении и организации. «Борьбу» мы добавили только в 2001 году, когда поняли, что иного выбора нет.

— Стеф, но зачем создавать тайное общество защиты природы? Ведь есть же Фонд охраны дикой природы, Гринпис… Почему вы не вступили в Гринпис?

Он глубоко вздохнул.

— Вижу, ты ничего не понимаешь, — сказал он.

Бранка больше не мог молчать.

— Мы ведь говорили тебе — и я, и Франк! Сейчас творится настоящий хаос!

— По-моему, несколько земельных исков и поле для гольфа — еще не хаос.

Бранка беспомощно всплеснул руками. Стеф Моллер вздохнул:

— Это только верхушка айсберга, так сказать, уши гиппопотама, торчащие над водой. Леммер, ты хоть представляешь, что такое — миллион видов?! Миллион видов животных и растений в ближайшие сорок лет исчезнут с лица земли из-за одного только глобального потепления.

Подобные разговорчики я уже слышал раньше. Я недоверчиво покачал головой.

— Можешь сомневаться сколько хочешь. Ты — такой же, как и почти все люди. Вам трудно поверить в очевидное. Но кто-то должен, потому что так и есть.

— Вы, значит, намерены остановить глобальное потепление, рассылая письма и отстреливая собак?

— Нет. Здесь мы делаем все, что можем. А мы можем лишь попытаться приготовиться к грядущей катастрофе.

— Расскажи про Коби. В 2000 году он снова внезапно объявляется. На сей раз в «Могале». У Волхутера.

— Да.

— Где он пропадал?

— Не знаю. Он не говорил.

— Стеф, я тебе не верю.

— Леммер, правда бывает интереснее всякого вымысла, — вмешался Донни Бранка. — Мы не лжем. Коби начал работать на Франка, и мы с ним часто беседовали. Он был очень осторожен. Прошло почти полгода, прежде чем он начал вербовать меня в «Hb». Только тогда он попросил меня передать кое-что Стефу. Он заявил, что не может рассказать о том, где он был, что ему очень жаль, но ему нужно продолжать дело «Hb». Вот почему он вернулся в Свазиленд.

— Но Франк Волхутер не хотел вступать в «Hb».

— Мы пытались склонить его на свою сторону. Франк был человеком старой закалки. Он долго работал егерем в Натале. Сотрудничал с системой, не видел необходимости в, скажем так, альтернативных действиях. Мы спорили, доказывали, но Франк полагал, что нашей работы в «Могале» вполне достаточно. Мы никогда не говорили ему впрямую о «Hb», потому что понимали, что он не одобрит наших поступков.

— Так я и думал. Позволь рассказать, Донни, что произошло, когда Эмма показала тебе и Франку снимок Коби. Случились две вещи. Ты испугался. Ты сидел в кабинете Франка и думал, какую угрозу это представит для «Hb», потому что ты не знал, правдива история Эммы или нет. Кто она такая на самом деле? Чего она хочет? Ты послал ее к Стефу, чтобы он больше разузнал о ней, и в соответствии с этим вы бы решили, как с ней поступить. Ты позвонил ему после того, как мы уехали. Ты предупредил Стефа, что мы едем. Я прав?

— В некотором роде.

— Второе. Снимки, показанные Эммой, пробудили во Франке еще больше подозрений. Должно быть, он так или иначе подозревал вас с Коби. Хотя он и уверял нас, что не Коби убил отравителей птиц, он не был в том уверен. Когда объявилась Эмма, он понял, что обязан что-то предпринять.