— Свяжи ему руки заново. И не валяй дурака! Быстрее, — повел пистолетом на парня.

Не сказав ни слова, Сантуцца нагнулась и принялась перевязывать галстук потуже. Несмотря на это внешнее послушание, Рэя не оставляло ощущение, что она замыслила какую-то гадость.

Закончила; он подошел, проверил — на сей раз все вроде бы было в порядке.

— Пошли, — схватил ее за локоть и подтолкнул перед собой. — Показывай, куда.

Кухня оказалась в конце коридора — большая, светлая, с цветочными горшками на подоконниках и обеденным столом у стены. Войдя туда, Сантуцца свернула направо. Передернула плечами, освобождаясь от державшей ее за локоть руки Рэя — он отпустил, бежать ей было особо некуда — и открыла неприметную белую дверь, похожую на вход в кладовку. За ней оказалась узкая лестница с каменными ступеньками.

Щелкнула выключателем — внизу загорелся свет.

— Пожалуйста!

— Иди ты первая! — сказал Рэй.

Она пожала плечами и, покачивая бедрами, начала спускаться. Он двинулся следом.

На середине лестницы Сантуцца пошла быстрее; добравшись до низа, свернула в сторону и исчезла из поля зрения. Прыжком преодолев последние несколько ступенек, Рэй окинул взглядом подвал: где же Ри?

Спасло его то, что занесенная над его головой доска чиркнула по потолку — лишь поэтому он успел отшатнуться, и она не расколола ему с размаху череп, а только выбила из руки пистолет и разодрала зазубренным краем щеку. Сантуцца, яростно оскалившись, снова вскинула деревяшку.

Увильнув от доски, Рэй налетел на нее и, схватив за плечи, с размаха впечатал в стену; доска с шумом выпала из рук.

— Где она?! Где, говори! Где Мэрион?!

Вместо ответа она попыталась лягнуть его.

Он зло пнул ее в колено; тряхнул, стукнув спиной об стену.

— Где она?!!!

— Там, — наконец кивнула Сантуцца на стоявший у стены старый шкаф с застекленными дверцами. — За шкафом дверь.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Что теперь делать?! — подумал Рэй. Оставлять эту фурию за спиной было нельзя, это ясно. Пойти наверх, найти веревку, связать? Время, время!

Резким рывком он оторвал девушку от стены и секунду промедлил, не решаясь ударить. И природный инстинкт, и воспитание мужчины-южанина — все восставало против этого…

От удара в челюсть она отлетела обратно к стене, сползла по ней и осталась лежать неподвижно. Рэй бросился к шкафу; на ходу подобрал пистолет, сунул за пояс.

Он думал, что шкаф окажется неподъемно-тяжелым, но тот отъехал в сторону легко, как по маслу — а может, силы придала страшная мысль: «А вдруг эта стерва соврала, и никакой двери там нет?!» Но за шкафом действительно оказалась покрытая белой краской дверь, запертая на тяжелый, блестящий от смазки засов. Рэй отпер ее и распахнул…

Очевидно, когда-то это было стенным шкафом, предназначенным для того, чтобы ставить в него соленья, приправы и бутылки с домашним вином. Теперь все полки были убраны, осталась лишь неглубокая грубо оштукатуренная ниша. И в этой, похожей на поставленный вертикально гроб нише, прислонившись к стене, стояла Ри.

Глаза ее были широко раскрыты, на лице — странные белые пятна. В первый миг Рэй содрогнулся от ужаса, показалось, что она не настоящая — каменная, лишь потом понял, что это обсыпавшаяся штукатурка. Неуверенно прикоснулся к ее плечу.

— Ри!..

Она качнулась вперед и рухнула на него, так что он еле успел поддержать, и задышала глубоко, дрожа всем телом — молча, все молча.