— О чём именно вы говорите? — Спросил Амбер.

— Имущество, недвижимость или бизнес я отнимать у вас не стану. Я же живу в России, мне будет трудно следить за своим добром во Франции. Однако вы переведёте мне все имеющиеся у вас денежные средства. Со всех счетов, в том числе и тех, что относятся к вашим производствам и предприятиям. Останетесь с одними портками, почувствуете какого это жить, не имея своих богатств. Впрочем, кое-что продав и немного ужавшись вы сможете выстоять и возможно когда-то вернёте то, что у вас было отнято. Так что подобное наказание недостаточно сурово по моему мнению. Нет вы должны отдавать мне свой долг очень долго. Поэтому принесёте вассальную клятву. Пятьсот лет ваш клан будет служить моей семье и только тогда вы станете свободными. Неплохая сделка, не правда ли?

— Да что ты о себе возомнил? — Тут же взъелся Пьер. — Ты безродный, а мы аристократы! Мы не можем служить тебе по праву рождения! Назови адекватную сумму, которую мы заплатим тебе в качестве виры и наш конфликт будет решён!

— Высказался? — Поинтересовался я юноши. — Молодец. Господин Жанн, это же ваш старший сын и основной наследник, так?

— Да… Прошу простить его слова, он просто несдержан и…

— Поздно извиняться.

С этими моими словами появилась призрачная рука нормального размера, схватило юношу за горло, а затем сломала тому шею. Секундой позже тело парня упало на асфальт.

— Пьер! — Жанн тут же бросился к сыну. А глава клана вскочил на ноги и я почувствовал, как он начал кастовать заклинание. Но рядом стояли мои бойцы и они тут же наставили на него оружие. Тот был вынужден прекратить колдовать.

— Видимо то, что я не дал своим людям перестрелять вас внушило вам ложное чувство безопасности, — начал говорить я. — Я готов в любую минуту поубивать вас всех. А потом доберусь и до остального вашего клана вне границ Парижа. И никто вас не защитит, так как у властей сейчас иные проблемы. Даю последний шанс — согласитесь перевести мне все ваши денежные активы и дайте вассальную присягу. Только тогда вы сможете выжить. В ином случае я сначала на ваших глазах убью женщин вашего рода, а потом и вас самих. Решайте, у вас есть пара минут.

Повисла тишина, были лишь слышны всхлипы Жанна. Не чувствую себя хорошим парнем убив его сына. Можно было обойтись и без смертей или убить самого Жанна. Он бы согласился на это ради своего сына. Увы, но зачастую именно молодёжь платить кровью за решение принятые старшими членами их семьи. И смерть мальчишки должна показать клану Рели, что я не шучу.

— Мы согласны на все ваши условия, — произнёс наконец-то глава клана.

— Чудно. Тогда давайте я позову своих юристов, а вы своих. Решим все вопросы здесь и сейчас. У меня ещё так много дел! Париж сам себя не завоюет, знаете ли…

…Филипп VII сидел в достаточной тесной комнате куда набилось слишком много людей и пил едва тёплое какао — его любимый напиток. Только насладится им у него не получалось не только потому, что какао остыл. Это был достаточно дешёвый растворимый кофе. Увы, но уже несколько дней королю приходилось ограничивать себя в уже привыкших мелочах, скрашивающих его жизнь.

А всему причиной разразившаяся в пределах города гражданской войне! Хотя какая это гражданская война, когда население не участвует в этом конфликте? Зато вот аристократические кланы превратили столицу Франции в зону боевых действий.

Фредерико, его кузен, умудрился довести ситуацию до открытого противостояния. И ведь теперь нет возможности объяснить этому глупцу какую ошибку он совершил — Фредерико погиб позавчера. И хотя король очень сожалел об его гибели, нельзя было признать, что он невольно вздохнул с облегчением.