— Вынужден согласиться, — сказал военный советник. — Две сотни бойцов при снаряжении и поддержки тяжёлой техники… С таким подкреплением мы сможем нанести быстрый и решительный удар по повстанцам и уничтожить их главарей, чтобы закончить это противостояние.

— Вы можете дать мне гарантии, что при помощи наёмников конфликт будет быстро закончен нашей победой? — Спросил Филипп.

— Клянусь честью своего клана — всего сутки и всё будет кончено.

Король медлил. Ему определённо нужны были эти наёмники. Если они сумели захватить несколько важных районов и даже удержать аэропорт, то они очень хороши. Им как раз не хватало людей и техники, чтобы завладеть решающим преимуществом. И «Аисты» были идеальным решением их проблем.

Но боязно даже предположить во что им встанет вся эта помощь со стороны наёмников. Есть подозрения, что этот русский не упустит своей выгоды. Казне дорого обойдётся контракт с этой ЧВК.

Однако были и иные плюсы. Если станет известно, что «Аисты» работают на короля, то всех их предыдущие действия также запишут на счёт короны. Главное договориться с наёмниками, чтобы они это подтвердили. Потребуется дополнительная оплата, но эти деньги необходимо заплатить.

— Хорошо, свяжитесь с этим русским, — сказал Филипп. — Сообщите ему, что король хочет сделать ему крайне заманчивое предложение…

Глава 27

За шесть дней мы отхватили приличный кусок города забрав себе несколько районов и даже взяв под контроль аэропорт. Мы не жадничали, в центр города не лезли, обошлись пригородом и парочкой районов рядом с ним. И естественно забрали мы себе нейтральные территории, чтобы не сразу не ввязываться в открытую войну с властями или оппозицией.

Впрочем, совсем без стрельбы и применения магии не обошлось. Развелось всякой падали в городе. Случившийся конфликт многим сорвал башню. Грабители, мародёры, убийцы, насильники… И ведь среди них дай бы бог всего процентов тридцать бывших уголовников или подозреваемых в различных преступлениях. Остальные были законопослушными гражданами ранее не привлекавшиеся. Я если честно даже прифигел, но Генрих, Алексей и Геннадий в один голос говорили, что это вполне нормально — они были свидетелями подобного или изучали такие случаи. Короче, моё мнение о человечестве ухудшилось ещё сильнее. Хотя казалось — ну куда уж хуже?

Пришлось разбираться со всей это шелупонью по законам военного времени.

С мародёрами приходилось разбираться больше всего. Если человек обнёс пару магазинов ради еды для личного употребления или своей семьи, то ему назначали пару десятков часов работы по восстановлению зданий или очистке улиц. А потом спокойно ставили на довольствие как прочих гражданских. А вот если человек решил прибрать к рукам чужое имущество и нажиться на нём, речь шла в том числе и перепродаже провианта, то тут дело оборачивалось бессрочными тяжёлыми работами, лагерем для арестованных и урезанным пайком.

Убийц, насильников и прочую мразь убивали. Подавляющему большинству просто пустили пулю в лоб и отправили тело на утилизацию. Но пришлось показательно повесить парочку уродов, чтобы испугать всех остальных. В четырёх случаях провести индивидуальные казни.

Трио мужчин насиловали несовершеннолетних детей от девяти до шестнадцати лет. Причём разницы между мальчиками и девочками они не делали. Среди моих бойцов разразился целый конфликт на почве выбора казни этих сволочей. Были совсем уж экзотические и изуверские варианты. Я остановился на более или менее приемлемом варианте. Троицу привязали к столбам, прилюдно кастрировали и оставили истекать кровью. При этом мы вкололи им урезанные порции обезболивающего и кровоостанавливающего препарата — чтобы подольше помучались.