– С этой штукой не шутят. Это может быть опасно.

– Да это всего лишь старое кольцо, Габриэль, – чуть сконфуженно возразила Арианн. Сестра рванулась к ней, пытаясь отобрать кольцо.

Арианн была вынуждена кое-что рассказать Мири и Габриэль о том, что произошло между ней и Ренаром. Узнав, что Арианн вернула графу Геркулеса, Мири потеряла интерес, но Габриэль донимала вопросами, пока не выпытала все о сделке с кольцом.

Тогда она присела на краешек стола и, болтая босыми ногами, принялась разглядывать кольцо. Она уже собралась ложиться спать и надела тонкую полотняную ночную сорочку. По спине рассыпались золотистые волосы. Сейчас она выглядела моложе, больше походила на маленькую сестренку, какую помнила Арианн.

В Бель-Хейвен ложились рано. Свечи стоили дорого, и, как теперь часто жаловалась Габриэль, на острове было нечего делать, кроме как спать. Но, правда, в этот вечер обычная хандра покинула ее, в голубых глазах блеснуло любопытство, она с видом знатока оценивающе поворачивала кольцо со стороны в сторону, надкусила кружок металла и скорчила гримасу.

– Хм! Не знаю, из чего оно сделано, но определенно не золотое. Где, говоришь, граф приобрел эту штуку?

– Где-то во время странствий. У старой цыганки.

– У какой цыганки? В каких странствиях?

– Не знаю, – ответила Арианн, осторожно отодвигая счета, которым грозило быть смятыми задом Габриэль. – Месье граф, говоря по совести, не самый откровенный человек. Он улыбается, шутит, но не сообщает абсолютно ничего.

– А ты не пробовала читать по глазам?

– Конечно, пробовала! Но это было все равно… что пытаться прочесть книгу со склеенными страницами.

Габриэль молча разочарованно переварила эти сведения и вернулась к кольцу. Прищурившись, более внимательно разглядела металлическую полоску.

– Тут какие-то странные знаки. Что это?

– Рунические буквы, – пояснила Арианн. – Очень похожие на многие из тех, что в старых рукописях у нас внизу.

– Можешь перевести, что здесь написано?

– Может быть. Не уверена.

По правде говоря, Арианн почему-то не хотелось браться за это. Габриэль соскочила со стола и принесла ей увеличительное стекло.

Девушка стала разглядывать кольцо через стекло. Сестра смотрела через ее плечо.

– Ну? – нетерпеливо торопила она, пока Арианн напряженно старалась разобраться в письменах.

Наконец Арианн опустила стекло и, поколебавшись, сказала:

– Думаю, переводится так: «Это кольцо связывает тебя со мной сердцем и душой».

Габриэль поджала губы.

– По-моему, звучит как заклинание.

– Не глупи. Всего лишь романтическая надпись. Мама не учила нас верить в такие глупости, как волшебные кольца и талисманы.

– Все равно я по-прежнему считаю, что от него надо избавиться. Брось его в колодец.

Арианн покачала головой:

– Не могу.

– Почему?

– Потому что обещала графу, что, если он оставит меня в покое, буду носить это кольцо.

Габриэль сердито взглянула на нее:

– Обещание, вырванное у тебя угрозами! Почему ты считаешь себя обязанной держать такое обещание?

– Габриэль, это вопрос чести.

– Чести, – насмешливо повторила Габриэль. – Это мужское понятие, предлог для того, чтобы убивать друг друга на дуэлях.

– И, тем не менее, я дала слово и не откажусь от него.

– Господи, Арианн! – возмущенно вытаращила глаза Габриэль. – Клянусь, что ты будешь считать себя обязанной играть по-честному и с самим дьяволом, если даже это будет грозить тебе могилой.