Чуть отстав, он, по достоинству оценивая, разглядывал стройную фигуру Арианн. Ее бедра покачивались с той естественной грацией, которой нельзя научить. На спину спадала коса.

Ренар не встречал канатов, так туго и ровно сплетенных, как коса Арианн. Его обуревало неизъяснимое желание расплести ее, пощупать руками шелковистые волосы и рассыпать волнами по плечам.

– …весь этот месяц, месье.

Ренар понял, что Арианн что-то говорит ему. Собираясь с мыслями, он ускорил шаги и пошел рядом с ней.

– А-а… э-э… правда? Весь этот месяц?

– Куда ни пойдешь, везде только и слышишь о чудесном возвращении господина Жюстена Довилля.

– Не такого уж чудесного. Главным образом на корабле и на коне. И потом я Жюстис.

Арианн смущенно взглянула на него:

– Прошу прощения, месье?

– Меня зовут Жюстис. Видно, моя мать возлагала на меня большие надежды.

– Верю, что надежды сбудутся. Вашему имению не помешало бы немного справедливости.

– Это упрек, мадемуазель?

– Никакого неуважения, месье. Покойный граф долго болел и все больше доверял дела управляющему. Ваш дед бывал, э… жестким человеком…

«Дед мог быть самим дьяволом во плоти», – подумал Ренар, но оставил это замечание при себе.

– Я не любительница чернить репутацию людей, но месье ле Франк – негодяй, алчный и бессовестный. Вымогает деньги у ваших арендаторов, под малейшими предлогами выбрасывает селян из домов, обвиняет какого-нибудь бедного землероба в краже, лишь бы завладеть его последней коровой. И вы не можете представить, как плохо он обращается с вашими пашнями. Непрерывно вспахивает и засевает, не оставляет земель под парами.

Арианн вдруг нагнулась и зачерпнула горсть земли. Взяв руку Ренара, высыпала землю в его ладонь. Сквозь перчатку чувствовалась прохладная тяжесть, в ноздри ударил терпкий запах.

– Вам посчастливилось получить такую добрую землю, месье, но она должна иметь возможность исцелиться, отдохнуть. Ваш управляющий из-за своей жадности калечит землю, и вы должны положить этому конец. Месье ле Франк… – Арианн прикусила губу и густо покраснела, вдруг как бы представив, что только что вручила Ренару горсть грязи. Спешно принялась отряхивать его перчатку. – Простите, месье. Меня иногда заносит. Вы, наверное, считаете меня совсем безрассудной и несносной.

А Ренар подумал, что, дав волю чувствам, Арианн Шене стала на удивление очаровательной.

– Не переживайте так, мадемуазель. Я вполне разделяю ваши взгляды и советы и обещаю, что займусь этим делом. – Он одарил ее самой очаровательной улыбкой. – Со времени моего возвращения меня окружало слишком много лиц, склонных лебезить передо мной, лепечущих «Да, месье граф» и «Нет, месье граф». А вообще-то я счел бы за большую честь, если бы вы согласились поужинать со мной…

Что, черт побери, он несет? Ренар понимал, что было бы благоразумнее держаться подальше от этой женщины. И, тем не менее, ее отказ глубоко его уязвил.

– О нет! Спасибо, – смутилась Арианн. – Я… я не могу.

– Но почему? – настаивал он. – Вроде бы вполне уместно поближе познакомиться с ближайшими соседями.

– По-настоящему я не ваша соседка, месье. С тех пор как умерла мать, а отец отправился в свое путешествие, мы с сестрами большую часть времени проводим в доме на острове Фэр. На материке я бываю лишь время от времени, чтобы проверить дела в имении. У нас прекрасный управляющий.

– В отличие от такого дурака, как я?

Арианн ужасно смутилась:

– Нет, я совсем не имела в виду…

– Да я просто поддразниваю вас, мадемуазель.