Крик Мариты резко оборвался, заставив Байрона отвлечься от поиска, чтобы убедиться, что на нее не напали. Женщина без сознания лежала на земле. Листья на деревьях были покрыты черным блестящим веществом, которое капало с них на землю прямо возле неподвижного тела Мариты.

Байрон опустился на землю, стараясь быть легким и невесомым, не желая оставлять следов. Разорванное, окровавленное телу мужчины свисало с веток дерева, как припрятанное про запас мясо. Луна осветила ствол, черный от крови. Марита лежала у основания дерева. Байрон склонился над ней, чтобы проверить, не ранена ли она. Она, казалось, дышала без труда. Пакет выпал из ее вялой руки, так что он положил его в карман своего пальто, не сомневаясь в правильности своего поступка.

Последнее в чем он нуждался, так это нести вниз с горы тело женщины и тратить время на ее истерику. Марита была способна ввести целое палаццо и весь близлежащий городок в полную панику. Байрон осмотрел жертву. Мужчина выглядел лет на тридцать. Он предполагал, что увидит: тяжелую смерть, практически разорванного диким животным и частично съеденного человека. Смерть произошла час или чуть раньше назад. Марита должно быть наступила в лужу крови, поскользнулась и упала еще в одну. Очевидно, страх оказался слишком силен для нее.

Кошка была близко, очень близко и почувствовала приближение хищника. Поэтому ушла прочь из этого места. Он, возможно, был бы в состоянии выследить ягуара, но не мог оставить Мариту приходить в себя посреди лужи крови. С едва заметным вздохом он поднял ее из грязи и начал вместе с ней спускаться вниз.

Марита почти сразу же зашевелилась, издавая стоны страха и презренного страдания. Байрон торопливо опустил ее на землю, отступил назад, чтобы дать ей пространство, и стал ждать. Пометавшись мгновение, она села прямо, взглянула на свою пропитанную кровью одежду и пронзительно завизжала. Байрон подождал, но она и не думала останавливаться. Ее глаза закатились, и она вновь начала терять сознание.

— Марита, — он проговорил ее имя резко, со скрытым принуждением. — Здесь, со мной, ты в безопасности. Ничто не сможет причинить тебе вреда.

Она часто заморгала, дико всплеснув руками.

— Вы видели это? Тело? Это было ужасно, — она вздрогнула. — Совершенно ужасно.

— Позвольте мне отвести вас домой, и мы сможем проинформировать власти, — он протянул ей руку, чтобы помочь встать.

Марита повиновалась принуждению в его голосе, вкладывая свою руку в его.

— Что вы делали здесь, наверху, так далеко от палаццо, так поздно ночью? — тон его голоса был прекрасен, был безупречной гармонией, которая погружала ее в доверчивое состояние.

Она нахмурилась, вертясь как уж на сковородке и не желая говорить, однако не смогла сдержать признания.

— Я встречалась кое с кем. С мужчиной.

— С любовником?

— Да. Нет. Dio, вы не должны никому говорить. Вы не должны никому говорить, — она разразилась громкими рыданиями, ее крик достигал небес. Она ухватилась за сердце, слезы мешали ей видеть, поэтому она вновь села на землю и закрыла руками лицо.

Раздраженный, Байрон затуманил ее сознание и просто поднял ее, двигаясь по воздуху, чтобы преодолеть длинное расстояние до палаццо. С него было достаточно кричащей и плачущей женщины. Он хотел Антониетту. Хотел увидеть ее лицо, хотел прикоснуться к ней и узнать, что она ждет его, всеми клеточками тела стремясь увидеть его, как он хотел видеть ее.

Глава 11

Байрон решительно поставил Мариту на ноги у входа в палаццо, с его двойными дверями и мраморной лестницей.