В результате несчастного случая, как тебе известно, я ослепла и не могла видеть, что происходит. Тогда он фактически стал за мной ухаживать. Я же испытывала такое отвращение к нему, что не могла даже находиться с ним в одной комнате. Я заставляла бедную Ташу стоять рядом со мной каждую секунду. И Таша никогда не подводила меня. Ни разу. Дон делал все возможное, чтобы выставить ее из комнаты, но она оставалась на месте, словно приклеенная, — дрожь пробежала по ее телу. — Я всегда знаю, когда он входит в комнату. Все волоски на моем теле встают дыбом, и я ощущаю странный зуд под кожей, который всегда отождествляю с желанием ягуара выйти наружу.

Байрон улыбнулся. У нее мгновенно создалось впечатление обнажившихся зубов.

— С нетерпением жду встречи с отцом Кристофера. Он должен встретиться с настоящим монстром и познать законы джунглей.

Антониетта обвила шею Байрона руками.

— Я не хочу, чтобы ты вообще что-нибудь предпринимал. У меня есть ты, и его семья не может причинить нам боль. Они отчаянно ищут пути спасти свой бизнес, но будет это сделано не посредством Скарлетти.

Его поцелуй был нежным, любящим.

— Я хочу поговорить с твоим дедушкой и как можно быстрее организовать нашу свадьбу.

— Он попросит тебя подписать брачный договор.

— Я призыватель драгоценных камней. Я нахожу редкие драгоценности, поэтому не нуждаюсь и не хочу состояния Скарлетти. Ты также в нем не нуждаешься. Все, что у меня есть, твое. Я буду более чем счастлив подписать любое соглашение, которое твой дед сочтет необходимы, если только он составит его немедленно, — он взял ее под руку, и они направились через изгибы и повороты лабиринта.

Во дворе, перед мольбертом стоял Джозеф, глядя на зубцы. Его берет был надет под лихим углом, а на шее повязан яркий платок. Брызги краски точками украшали его лицо и толстым слоем покрывали его рабочий халат наподобие рубашки.

— Он явно весь в своем художественном периоде, — саркастически промолвил Байрон. — Он, кажется, проходит через стадии, как никакой другой ребенок в истории.

Антониетта изучила картину.

— По-правде, он неплох. У него есть талант.

— Конечно, он талантлив. Его воспитывает Элеанор. Она бы убедилась, что у него есть все возможности, чтобы развивать любые таланты, которыми бы он ни обладал. Он просто такой…

— Мальчишка? — Антониетта нежно рассмеялась в сознании Байрона. — Разве он им не является?

Джозеф положил кисть и перешел к стороне палаццо, изучая гладкие стены, богатство скульптуры и витражей. На мгновение его тело замерцало, заколебавшись, потом он присел у стены палаццо, вцепившись руками и ногами, человек-паук, одетый в черное и с затянутой паутиной маской на лице.

— Что он делает?

Байрон просканировал сознание племянника и громко вздохнул.

— Винсент и Маргарита поделились с ним американскими комиксами. Он Спайдермен, взбирающийся по стене здания, чтобы спасти попавшую в беду деву?

— Какую деву?

— Ташу. Она, правда, не знает, что является плодом его мальчишеских мечтаний. Еще достаточно светло для него, чтобы опробовать такой трюк, да и он не способен делать два дела одновременно, так что он не сможет укрыть себя от людских глаз. Твой дедушка во дворе, проверяет свои цветы. Все, что ему нужно, это бросить взгляд вверх, и он увидит Джозефа.

Антониетта изучила картину в голове Байрона. Джозеф поднялся до уровня второго этажа, так же как и Дракула в кино. Его тело замерцало, изменившись, покрытая паутиной маска сменилась выражением ужаса. Он соскользнул вниз по гладкой стене, ударился о подоконник и свалился во внутренний дворик.