Антониетта обнаружила, что улыбается прямо посреди грызни ее деда и кузена. Байрон ушел, но не полностью. Она чувствовала, что стоит ей только потянуться своим сознанием к нему, как он тут же окажется рядом с ней. Она придержала эти мысли в себе, пораженная, какое огромное значение это имеет для нее. Ошеломленная тем, что Байрон значит для нее. Изумленная, что он мог заставить ее почувствовать — все будет в порядке.

— Ты обратила внимание, Тони? — требовательно спросил Франко. — Это становится серьезной проблемой, и у nonno нет иного выбора, кроме как обратить на нее внимание. Он может не желать платить мне достойную заработную плату, но он должен прислушаться к голосу разума.

— Я не обязан прислушиваться к кому-либо, мальчишка. Я не раз проводил нашу компанию через бурные воды, от чего мы становились только сильнее прежнего. Мы ничего не выигрываем от этого слияния. Будь ты истинным Скарлетти, то смотрел бы глубже, мимо приманки в виде быстрых денег, и увидел бы, что действительно стоит за этим предложением.

Антониетта решительно встала между дедом и кузеном.

— Компания Демонизини нуждается в спасении, и они поглядывают на нас в ожидании этого, Франко. Все очень просто. Я тщательно изучила их компанию. У них мало наличности, и они понесли огромные убытки, когда потеряли одно из своих судов.

Антониетта чувствовала сгущающееся в комнате напряжение. Она повернулась спиной к своему дедушке и сознательно улыбнулась кузену, решительно настроенная сменить тему.

— Франко, ты не знаешь, куда мог отправиться Энрико? Хелена сказала, что женщины у него нет, и он редко покидал палаццо.

Франко покачал головой.

— Я разговаривал со слугами и с представителями власти, которые приходили этим утром. Им было позволено обыскать комнату Энрико.

Легкий стук в дверь объявил о приходе Хелены.

— Извините за беспокойство, но звонит сеньора Марита, юная Маргарита хочет пожелать своему отцу доброй ночи. Сеньор Франко, сеньора Марита говорит, что Маргарита сонная от данных ей лекарств. И я испугалась, что она может уснуть, попроси я ее подождать, когда вы перезвоните.

— Нет, нет, Хелена, вы все сделали правильно. Простите меня, nonno, знаю, что этот разговор очень важен, но я должен поговорить с mia bambina. Я не хочу, чтобы она отправилась спать, не узнав о моей любви.

— Я все понимаю, — сказал дон Джованни и взмахом руки отпустил его из комнаты.

Наступило молчание.

— Это единственное, что делает этого человека милым. Ничего не могу с собой поделать, но не могу не любить его за это. И все еще не могу поверить, что он предал нас.

Антониетта взяла деда под руку.

— У Франко много чудесных качеств, nonno, ему просто не повезло безумно влюбиться в женщину, которая вечно всем недовольна.

Говоря это, она продолжала думать о Байроне. Желая дотронуться до него. Желая ощутить трепет в своей душе, в своем животе. Чем он был? Этот незнакомец с командным голосом и спокойным, самоуверенным выражением лица, который появился из наполненной штормом ночи, когда они больше всего в нем нуждались. Она понятия не имела, где находится его дом, где он остановился. Даже есть ли у него где-нибудь другая женщина.

— Франко упрям, Тони, — промолвил дон Джованни. — Он амбициозен. И у него жадная жена. Эта комбинация может оказаться смертельной.

— Nonno, — Антониетта отчаянно старалась сосредоточиться на разговоре. — Франко совершил ошибку, и он сам знает об этом. Это произошло много лет назад, когда он был молодым и впечатлительным.