«Кровать, – сладко потянулся Патч, – нормальная кровать!»

Он готов был расплакаться от счастья.

Таверна оказалась за ближайшим поворотом, её внешний вид манил так же, как и аромат. Хозяин сперва испугался, увидев Барфера, но дружелюбие дракогрифа – и его деньги – исправили ситуацию. – Мы хотим закатить настоящий пир, – сказал Барфер, передавая хозяину таверны сияющую золотую монету, – и снять у вас комнату на ночь.

– Подойдёт ли вам для ночёвки наше второе – малое, стойло, мой большой друг? – спросил хозяин таверны. – Там тепло и чисто, и всё будет полностью в вашем распоряжении.

– Прекрасно подойдёт, – ответил Барфер.

Тут трактирщик заметил крысу на плече Патча и нахмурился. Рен приветственно помахала ему лапкой и поклонилась.

– Дрессированная крыса? – удивлённо хмыкнул он. – И умная?

– Вы даже не представляете, насколько! – ответил Патч.

Их отвели к столику в дальнем конце зала и принесли эль: Патчу в большой кружке, Барферу в ведре, а Рен – в напёрстке. Дракогриф настоял – благо трактирщик остался доволен, насколько ручная крыса хорошо воспитана.

Патч покосился на ведро Барфера.

– Я думал, ты попросишь что-то покрепче, – сказал он. Эль варили из ячменя и овса, он был вкусным, отлично утолял жажду, но в этом напитке алкоголя было очень мало.

Барфер только головой покачал.

– Любой крепкий напиток раздражает огненные каналы, – пояснил он, – так что эль для меня – самое то.

Патч понимающе кивнул.

– Тост, – провозгласил он, поднимая кружку, – за тебя, Барфер, и тебя, Рен! Всего несколько дней назад я сидел в камере в одиночестве и отчаянии. Сегодня я счастлив в окружении друзей!

– Спасибо, – ответил Барфер, – но я бы попросил поднять тост за мою маму. Это благодаря ей я вернулся из Восточных Морей, это её подарок обеспечивает нам этот ужин. За мою маму! – он вскинул своё ведро. – Да покоится она с миром.

Патч побледнел.

«Ох, Барфер!» – Рен взмахнула лапками.

– Всё в порядке, не волнуйтесь, – сказал Барфер, – по традициям драконов, она оставила мне то, что мы называем «Исчезающим Даром» – деньги, что лежат у меня в кошельке. Чтобы почтить её имя, я должен потратить их все за месяц, – дракогриф покачал головой, на глаза его навернулись слёзы. – Но я много лет с ней не говорил. Мы поссорились, и я отправился в Восточные Моря. Если бы мой отец был жив, всё бы сложилось иначе, но с тех пор, как он умер, мы с мамой больше не общались ни разу. А о том, что она умирает, я узнал слишком поздно. Церемония погребения уже закончилась, и Орден Черепа забрал её тело в последнее тайное пристанище.

На секунду над их столом повисла тишина.

– Тогда и мы должны поднять бокалы за твою маму, – наконец проговорил Патч, – мне так жаль, Барфер.

Дракогриф благодарно кивнул.

– Она оставила мне письмо. Я думал, она напишет, что сожалеет о нашей ссоре, но там только её последняя воля. Мне так обидно от этого! И всё случилось очень быстро, понимаете. На следующий день после моего возвращения в Земли Драконов они начали собирать армию, чтобы отправиться за Гамельнским Крысоловом. Моя мама всегда восхищалась им – я бы сказал, она была им почти одержима. Поэтому я вызвался добровольцем – чтобы всё увидеть собственными глазами и понять её. Думаю, она бы пришла в ужас от его казни.