Все, о чем она пыталась забыть, неотвратимо нахлынуло на нее. Она вспомнила об Иване, который мог вернуться в город в любой момент. К тому же он похвалялся, что она находится под неусыпным контролем его людей. Потом Джинни подумала о своем двусмысленном положении. Да, она сумасшедшая, несомненно, да и Стив тоже не в своем уме! Ее объял ужас. Стив заметил ее страх — она догадалась об этом по тому, как резко он сорвал с нее чулки.

— Так, значит, вы боитесь сплетен, княгиня?

Джинни вспыхнула, но прежде, чем она успела ответить, высокий и резкий голос спросил: — Прошу прощения, вы княгиня Сарканова, не так ли? Я только что говорила миссис Атертон, что горжусь своей памятью на лица. Как поживает наш дорогой сенатор? На прошлой неделе мы были в Белмонте и, видимо, с ним разминулись…

Джинни не оставалось ничего, как любезно поздороваться с дамами. Потом ей пришлось представить Стива, поставившего ее в столь затруднительное положение:

— Миссис Тереке Атертон, мисс Бакстер — мистер Сми…

Она запнулась и не стала продолжать, понимая, что дамы не поверят ни одному ее слову.

Стив сам пришел к ней на помощь. С очаровательной улыбкой он выступил вперед и отвесил дамам глубокий поклон. Те пялились на него, не считая нужным скрывать любопытство и неодобрение.

— Думаю, уважаемые леди, что мы с вами знакомы. Миссис Атертон, я имел удовольствие знать вашего мужа по Нью-Йорку. Что же касается вас, мисс Бакстер, то я слышал, как Сэм Мердок с восторгом отзывался о вашей деятельности. Ведь вы попечительница академии для молодых леди, не так ли?

Обе дамы навострили уши. Мисс Бакстер даже подалась вперед, приставив к глазам лорнет:

— Удивительно! Так, значит, мы уже встречались с вами раньше, мистер, мистер…

— Простите меня за неучтивость. Меня зовут Морган. Стивен Морган. Сэм Мердок и я — деловые партнеры. Ну а княгиня Сарканова, — добавил он, взяв Джинни за руку, — моя очень давняя знакомая…

— Очень давняя знакомая! Что верно — то верно! О Боже, каким голосом ты все это произнес! С таким же успехом ты мог бы поведать им, что был когда-то моим любовником! Кстати, ты никогда прежде не говорил, что был в Нью-Йорке. И что мистер Мердок хотел, чтобы ты занял в опекунском совете академии его место. Именно ты — ну и ну! Остается только молить Бога за судьбу юных созданий, которые обучаются в академии. — Джинни задыхалась от ярости. Стив сидел в экипаже, откинувшись на подушки и скрестив на груди руки. Широкополую шляпу он надвинул поглубже на нос, словно желая оградить себя от ярости Джинни. — Черт тебя побери, Стив! Перестань притворяться, будто ничего не произошло! Да как ты только посмел сказать им, что собираешься купить мне новые туфли взамен испорченных? Да весь город уже, наверное, знает об этом. Не сомневаюсь, это дойдет и до Сони к тому времени, как мы вернемся! — Джинни сжимала кулаки и едва не плакала. — Ты вообще хоть когда-нибудь думаешь, Стив Морган? Ты понимаешь, что натворил?

Наконец Стив выпрямился, сдвинул шляпу на затылок и внимательно посмотрел на Джинни:

— Ты ругаешься, как сварливая старуха! Умерь хоть немного свой пыл. Эти две старые сплетницы какое-то время попридержат языки, не сомневайся. Ведь они полагают, что вот-вот раскроют страшную тайну. Я сказал им, что скрываюсь под именем Смит, поскольку веду очень важные деловые переговоры, — ты разве не заметила, как им польстила моя откровенность? Сэм жертвует кругленькую сумму на эту самую академию, которой заправляет мисс Бакстер, так что она вряд ли станет сразу распускать язык. Миссис Атертон сначала расскажет обо всем своему мужу, а тот потребует, чтобы она помолчала, пока он не разнюхает, к чему относятся эти переговоры. Поэтому…

— И это все, что ты можешь сказать? А что же будет со мной? Они сплетничали обо мне, когда я только появилась в Сан-Франциско, а уж теперь… Да разве они удержатся, чтобы не разболтать об этом? Тебя-то они могут и не назвать, в конце концов, ты мужчина, но уж, конечно, все узнают, что я разгуливала по пляжу отнюдь не с мужем.