Женщина, которая защищала свою дочку, которая потом ушла с тележкой, рванулась к одному из мужчин и, рыдая, бросилась ему на грудь. Тот обрадованно обнял ее, что-то спросил, облегченно выдохнул, услышав ответ. Как он умудрился проморгать появление детей? Потом отстранил жену и вернулся к работе. Остальные смотрели на сцену воссоединения, с трудом давя в себе злость. Интересно, как удалось заставить их продолжать работать, а не бежать в поселок, спасать своих? Ну да будет время выяснить, хотя, похоже, ничего сложного, Мал на крыше, рядом с ним Витор с пулеметом, это ли не аргумент?

Юлия, сбежав по трапу, соскочила на землю и бросилась обнимать Воронцова.

— Живой, — прошептала она.

— Живой, — подтвердил Воронцов, быстро поцеловав девушку. — Но без вас бы с Малом я не выбрался, и они тоже.

Юлия окинула взглядом людей, которые прислушивались к разговору.

— И что с ними делать?

— Ну, здесь точно бросать не станем, — ответил Воронцов. — Возьмем с собой и высадим на следующей стоянке. Дам им по паре золотых на первое время, авось, не пропадут.

— А не жирно? — поинтересовалась боярышня. — Ты их спас, так еще и денег подкинуть.

Воронцов мысленно усмехнулся, да, этот мир не дорос до социальных программ, люди здесь сами по себе.

— Не обеднею от потери пары десяток кун, — отмахнулся Константин. — Мне гораздо более жалко то, что я заплатил этому упырю-ведуну, в три сотни золотом и в два камня батареи встали. Этот урод меня на полтысячи опустил а то и побольше. А пробиться к нему в дом после того, что устроил черный, не вышло. Если погиб, останется там золото с камешками, пока мародеры не явятся.

— Может, удастся до этого дома дойти? — поинтересовался Дрозд, который, в отсутствие Мала, опекал боярышню. Причем вооружен он был уже артефактным карабином, который сделала Лада.

— И не думай. Там тени, которых только веды света берут, и жутко живучие обращенные ими люди, сильные, быстрые, на обычные пули почти не реагирующие. Так что, ящер с этим золотом, нужно сваливать.

— Да уж, хлопотно вышло, — согласилась Юлия.

Словно в ответ на предложение Воронцова леткор медленно опустился обратно на землю, отремонтированные лапы скрипнули, но выдержали.

По трапу сбежал Радим, на ходу улыбнулся Константину и пошел осматривать работу. После чего честно расплатился с мужиками. Правда, те больше смотрели в сторону поселка, Воронцов тоже обернулся. В сумерках были хорошо видны всполохи, в затянутое тучами небо поднимались столбы дыма, самые густые в районе ворот, куда Мал запулил своей ведой. Но были и другие, видимо, при катастрофе там опрокинулось что-то горючее, вот и занялось, а тушить некому, кто, еще жив, прячется, а зараженные могут только жрать, теням вообще до фонаря.

— Мы закончили, сейчас Лада батареи снимет, заменит на новые, и взлетаем, — подойдя и пожав Воронцову руку, сообщил капитан «Прекрасной Анны». — С этими, что делать будешь? — Он мотнул головой в сторону беженцев, которые стояли возле трапа и обнимали своих детей.

— С собой возьмем, — ответил Константин, — как и работяг, что тебе помогали. Высадим их при первой же возможности. Если их тут оставить, до утра не доживут, скоро зараженные из поселка полезут и схарчат их.

— Ну, тогда, Малк, — позвал он своего второго пилота. Тот появился буквально через секунду, высунув голову из дверного проема. — Бери погорельцев, — распорядился Радим, — и веди их в трюм, утром высадим в людных местах.

— Мне в Тыву надо, — насупился один из мужиков, — у меня там жена на сносях осталась, и мать.

— Иди, — неожиданно легко согласился Константин, — но их уже не спасти, нет там живых.