Поднявшись на ноги, я обвел собравшихся поглазеть на суд.

— Закон суров, но он закон. Стража, привести решение суда в исполнение немедленно.

Глава 4

— Да-а, ваша милость, — протянул Густав, отразив несколько моих выпадов с мечом так легко, что я почувствовал себя полнейшим ничтожеством. — Сразу видно, что с вами не занимались.

Я опустил деревянный меч и перевел дыхание. Всего за десять минут спарринга стражник измотал меня ничуть не меньше, чем в свое время Салэм. А ведь тело у меня подготовленное к нагрузкам.

— Ты не умничай, ты пальцем покажи, — пробормотал я, убирая оружие на стойку. — Но смысл вообще учиться есть? Или я безнадежен?

Нет, я, конечно, видел, как машут саблями казаки и крутят финты в фильмах. Но толку от этого наблюдения? Навыка нет у меня, и взяться неоткуда. Киррэл и тот с топором больше работал, а в моих руках разве что обрезок арматуры бывал.

Густав хмыкнул, убирая свою деревяшку.

— А вам для чего, ваша милость? — задал он вопрос, которого я никак не ожидал услышать.

— Но ведь я барон… Разве не должен я владеть оружием?

Стражник еще раз внимательно на меня посмотрел. Затем тяжко вздохнул, и, наконец, указал на лежащий неподалеку булыжник.

— Попробуйте его поднять, ваша милость.

Не задавая глупых вопросов — все равно же ясно, что это способ навести молодого дурака на умную мысль — я подошел к снаряду.

Камень явно использовали в качестве спортивного снаряжения. Я видел, как мужики для такой тренировки в спортзале ворочают шины от грузовиков, но вокруг средневековье, и резину попросту не изобрели. Да и вряд ли в ней нуждаются в принципе, магия же кругом.

После нескольких секунд я нащупал весьма удобные углубления — как раз, чтобы была опора для пальцев. Вцепившись в груз, я напрягся, а потом с натугой стал переворачивать булыжник. Веса в нем было порядочно, я ощутил каждую мышцу в теле. Но камень все же перевернулся и, громко шмякнувшись о землю, вошел в почву.

— Я так и думал, — оценив мои действия, выдал Густав. — А теперь смотрите, ваша милость…

Он взял тренировочный шест и, подперев булыжник, методом рычага просто перекатил его, практически не напрягаясь.

— Кажется, я начинаю понимать, к чему ты ведешь, — хмыкнул я, когда стражник перекатил камень на место в два легких движения.

— Есть много фехтовальных школ, ваша милость, — заговорил он, убирая шест на место. — Но все они учат работать с оружием не для драки, сражения, убийства. Они созданы, чтобы красоваться перед дамами. Уж простите мне мои слова, ваша милость, не сочтите за дерзость.

— Говори уж, чего там, — махнул я рукой.

— Если вы хотите защититься — освойте арбалет. Ни один мечник не отобьет болт, неожиданно прилетевший в затылок, — с серьезным лицом заявил мне стражник.

Что ж, как известно, самое сильное кунг-фу это дуплет из обреза. Вот только вряд ли другие аристократы согласятся с этим мнением, а убивать всех из кустов, как бандит, я не смогу.

— Я понял, к чему ты, но мне все равно нужно владеть хоть каким-то оружием, Густав, — покачал головой я.