В целом, насколько я понял, основная проблема была в треклятом маге по имени Рельяр. Он очень ловко подбивал суренов на сопротивление барону. Вялотекущая война все тянулась и тянулась, а цели зловредного мага так и были неясны.

С наступлением вечера тренировки были окончены, и я уже было собрался вновь приложиться к стоящему в теньке бочонку, но, увы, Найга и тут подыскала нам с Мэтом работенку. А именно — выдала на руки тушку молодого кабанчика, коего нам нужно было зажарить к ужину.

Ха! На редкость глупая затея!

Долговязый американец, как и я, имел крайне смутное представление, что о свежевании тушки, что о процессе готовке еды на открытом огне. Промучившись со шкурой и выковыриванием внутренностей, мы в конце вставили бедному кабанчику в зад шпагу и подвесили его над двумя рогатинами.

Мне даже было несколько жаль, что от усталость я не смог как следует позлорадствовать, когда Найга обнаружила, чем увенчались наши с Мэтом старания!

— Не нравится мне все это. Мы сидим тут уже пятый месяц, и за все это время дело не сдвинулось с мертвой точки. Рельяр тарится по болотам, мы пытаемся зажать его в угол, он изворачивается и сваливает, и мы снова пытаемся зажать его в угол, а он тарится по болотам. У нас слишком мало сил, чтобы вцепиться ему в глотку и не дать уйти. А что Жарах? Говнюк только и кивает с умным видом и ни хрена не делает…

Нурдуг, громко чавкая, наворачивал пережаренное свинячье бедро и то и дело подносил к бороде увесистую кружку с пивом. В его больших навыкате глазах под кустистыми бровями отражались весело пляшущие огоньки от костра, делая гнома похожим на ожившую статуэтку.

Мэт уже давно дрых на сеновале, что нам выделила Найга, а я, героически борясь со сном, сидел привалившись к прохладным бревнам, наблюдая, как мои новые боевые товарищи трапезничают и точат лясы. Они расположились прямо на траве вокруг костра и, чертыхаясь, поглощали сварганенный нами ужин. Я старался не заглядываться на похожих на фарфоровых куколок эльфиек, чтобы ненароком не в трескаться по уши в этих стервозин.

— А что ему делать? — пожала плечами Найга. — У Клыка слишком мало сил, чтобы как следует поприжать «мертвяка», он шлет депешу за депешу, чтобы нам прислали сюда подкрепление: Кулак Дарха или Элариэса или вообще весь «Бронзовый Клык»…

«Мертвяка»? Сон вдруг выдуло из моей головы, и я даже прекратил пялиться на эльфиек.

— А ты сама видел эти депеши? — скептически скривилась Месания, очаровательно вгрызаясь в непрожаренное плечо хряка. Капли крови и жира вмиг перемазали фарфоровое личико, но она на это не обратила на это никакого внимания.

Найга фыркнула:

— Я? Нет… Как будто он ими трясет направо и налево…

— Вот и Гарфи говорит, что не видел, а он что ни седмица — ходит по шлюшкам с нашим дорогим Капитаном. Сдается мне Жарах Огнеупорный играет в свою игру, — мрачно заметил Гуварг с ожесточением вгрызаясь в кабансика.

Услышав прозвище командира Клыка, гном сплюнул. Сдается мне, этот Жарах когда-то здорово насолил бородачу.

— Огнеупорный, Огнеупорный… Жопоупорный, чьёрт побьери! Твою мать, Гув, я те скажу, какая у него игра — содрать побольше бабла с барона! Потому ни Дарха, ни Элариэса мы здесь не увидим! Будем выезжать на своих жопах!

— Было бы тут все просто, барон не нанял бы «Клыки»! — вдруг вставила дотоле молчаливо пожирающая килограммы мяса Альеза.

— Али, я тебя умоляю! Поверьте, братцы и сестрцы, дело тут исключительно в золотишке! Насколько Жарах хочет их с барона вытрясти, настолько барон не хочет с ними расставаться! Не будь он таким скрягой, давно бы уж нанял бы «Ребят Аура» или «Колезцев»! И решил бы проблему за седмицу! — гном, чертыхнувшись, сплюнул, а Альеза вдруг отложила в сторону кусок мяса и угрожающе приподнялась.