— Надо не пытаться, надо брать под свой контроль, — объяснил я ей. — Когда ты пытаешься — они чувствуют твою неуверенность. Иди сюда, вот тебе наглядное пособие. Заставь её тебя прокатить.

«Э! Мы так не договаривались!» — возмутилась Лава.

«Вот именно! Но если она тебя убедит…»

«Ха! Да не родилась ещё такая… Ой… а это приятно…»

Инферна, осмелев, подошла к виверне и положила руку ей на шею. Астральным зрением я видел, как от неё расходились волны энергии.

Лава, как будто большая кошка, всё ниже склоняла голову, подставляясь под ласковые прикосновения, и в какой-то момент почти легла на землю. Тут-то её инферняшка и подловила, одним скачком оказавшись на спине.

«Ах ты мелкая сучка! — возмутилась Лава. — Но хотя ладно, так уж и быть…»

Она взмахнула крыльями и взлетела под дружные визги подруг. Даже Чип в ладоши похлопал.

Мы задержались в этом разломе ещё на несколько часов. В основном, придумывая, как из него выйти. Всю добычу — а это в основном шкуры, кое-что из растений, ядра виверн, особенно жёлтое с «королевы», несколько яиц — всё тщательно упаковали в тюки, перевязав лианами. С таким расчётом, чтобы виверна могла схватить тюк лапами и закинуть в окно разлома.

Первыми на выход пошли инферняшки. Тоже тот ещё квест. Пришлось им скакать с ветки на ветку, пока не оказались чуть выше окна разлома. А вот уже там — короткий разбег, скачок и в конце полёт щучкой. Надеюсь, на выходе они сумеют нормально сгруппироваться. Последними со мной остались Ариэль и Чип.

«Лава, дорогая, можешь что-нибудь покричать в голос?»

«Чтобы твоя самка не догадалась, что ты управляешь этими мелкими летучими мышами?»

«Она не моя самка, но да, ты права!»

«Может быть, я ещё молода и наивна, — усмехнулась Лава, погибшая в возрасте нескольких сотен лет, если мне не изменяет память, — но вот этот запах, который она источает…»

«Так, всё, я тебя понял! Спасибо за подсказку! А теперь просто покричи! Песню спой, не знаю!»

И Лава, хмыкнув, спела. Уж не знаю, что значили слова песни на языке виверн… Но когда мои призванные недовиверночки под эту песню потянулись вереницей за нашим хабаром…

Они хватали тюки лапами, кряхтя, взлетали с ними, разгонялись и закидывали добычу в окно разлома.

Даже как по мне, это смотрелось довольно эпично. А у Ариэль и вовсе, кажется, дар речи пропал. Она сидела сзади меня, обхватив руками и крепко прижавшись. Я бы даже сказал, приятно прижавшись.

— Никогда такого не видела! — прошептала принцесса. — Она что, поёт?

— Вроде того, — хмыкнул я. — Наверное, что-нибудь про то, как хорошо в небесах.

— Ты и её язык понимаешь? — в голосе Ариэль промелькнула опасная любознательность.

— Ни единого слова! — честно признался я. — Но о чём ещё петь виверне?

— Так-то да… — согласилась Ари и прижалась к моей спине ещё крепче. — Знаешь, это волшебно!

— Чип-чип-чип-чип-чииип! — заржал мелкий засранец.

Ладно, теперь наша очередь.

— Когда пролетим окно выхода, приготовься падать, — предупредил я принцессу. — Виверна — местная, её разлом не отпустит.

— Поняла… — ответила она напряжённым голосом и покрепче сжала древко шеста.

«Знаешь, Охотник, мне даже понравилось, — на прощание призналась Лава. — Зови как-нибудь, ещё полетаем!»

«Договорились!» — согласился я, прикидывая расход энергии на поддержание всего этого летающего зоопарка.