— Погладил бы по голове, — подмигнул я ей, — но ты вроде как против.

— Я… да, против! — она скрестила руки на груди и задрала носик.

А я набрал Габи.

— Ну что, подъезжай, у нас вроде как всё по плану. Шашлык и пиво прилагается, чтобы было нескучно.

Хорошо хоть белки сегодня остались дома. А то Чип, когда мы собирались, а его не взяли, так недвусмысленно намекнул, что он об этом думает, что хотелось в него тапком запустить. Как будто сговорились все, честное слово!

Габи приехала через полчаса, мы за это время как раз собрались.

Вход в разлом прошёл штатно, без сюрпризов. И это оказался «наш» разлом, тот самый.

Первое, что мы сделали — это закрыли за собой вход. Всё, если кто к Габи подойдёт и спросит — не было разлома, померещилось. Гости нам здесь не нужны.

Потом вместо старого механизма Ариэль установили на «божественный артефакт» ацтеков новый. И оставили его пока выключенным.

Нырнув под тень гигантского черепа, мы начали спуск вниз. Всё та же винтовая лестница, всё та же прохлада на середине пути. Всё так же, как и в прошлый раз, вот только… мне показалось или здесь как будто бы стало почище?

Подземные жители тусовались неподалёку от входа. Кажется, у них было собрание.

Всё племя обступило полукольцом двух самых крупных гоблинов. У одного на голове был розовый ирокез, у другого частые розовые косички. У одного на левом глазу красовалось бельмо, а у другого через всю рожу шёл рваный шрам. Один был уродливым, а другой ещё уродливей.

На повестке дня была делёжка короны.

Серьёзно!

Спор шёл из-за настоящей геральдической короны, на вид золотой, с пятью зубчиками и мудрёной инкрустацией из разноцветных камушков.

С момента нашей последней встречи эти черти настолько преисполнились, что решили наконец-то пошастать по родной пещере и посмотреть, где что лежит. Как итог — нашли корону гномьего короля. А может не короля, а наместника какого-нибудь.

— У-у-у-у! — орал Ирокез, тянул корону на себя, а свободной рукой колотил Косичку.

— У-у-у-у-у-у! — Косичка в свою очередь хватался за символ власти обеими руками, пропускал неловкие шлепки оппонента по голове, зато сам со всей дури пинал Ирокеза ногами и явно метил по тестикулам.

— У-у-у! — голосила кровожадная толпа. — У-у-у-у!

Понятненько.

Ребята выбирают себе нового вожака.

— Ты за кого болеешь? — спросил я у Ариэль.

И едва я успел закончить вопрос, как истеричное у-у-у-канье стихло. Настала гробовая тишина. Гоблины синхронно повернулись и уставились на меня. Лица кандидатов вытянулись, в глазах отразился первобытный ужас.

— У-у-у-у? — вопросительно протянул Косичка.

Затем он медленно отпустил корону. Осторожно, — шаг за шагом, — попятился назад, заорал:

— У-У-У-У! — и бросился бежать со всех ног.

Чёрт.

Кажется, я ещё и гоблинский научился понимать. Косичка явно крикнул: «Да ну нахер!» — другого перевода тут нет и быть не может.

— У-у-у-у⁉ — очнулся Ирокез. Он внезапно понял, что корона досталась ему, но такой расклад резко перестал его устраивать. — У-у-у-у! — гоблин переводил взгляд с короны на меня, затем с меня на корону и обратно. — У-у-у-у! — нет, он не плакал, просто ветер щекотал глаза. — У-У-У-У⁉

— Это мне? — кинул я гоблину спасительную соломинку.

— У-у-у-у! — Ирокез схватился за неё и закивал так, что вокруг головы аж облачко пыли взлетело.

— Спасии-и-и-ибо, — протянул я. — Мне очень приятно. Давай её сюда скорее.

— У-у! У-у!

— Артём, ты их совсем запугал, — захихикала инферна.