— Конечно, — кивнул я и снова перешёл на инфернский. — Пей, и прислушивайся к ощущениям.

Ариэль пожала плечами и намахнула один шот.

— Ох, ну и… интересная дрянь! — выдохнула она. — Ооо! Что-то чувствую! Определённо чувствую! Вот здесь!

Она схватила мою руку и прижала к себе чуть ниже груди, на этот раз точно попав в нужное место.

— Молодец! — похвалил я. — Запомни его, это и есть канал, питающий печать. Как только в организм попал яд, а печать воспринимает алкоголь именно так, она сразу начала работать, чтобы его нейтрализовать. Чувствуешь, с какой скоростью бежит энергия по каналу?

— Да-да, чувствую! — Ариэль радостно закивала рогатой головушкой. — Расход некритичный, но он чувствуется. И как мне это контролировать?

— О, тут ты можешь сама придумать! — рассмеялся я. — Ты же у нас механик-изобретатель. Представь в этом канале некое устройство, которое позволит тебе регулировать поток.

Ариэль задумалась на мгновение, а потом довольно ухмыльнулась:

— Есть идея! Вообразила что-то вроде клапана с предохранителем. Клапан нормально-открытый, и чтобы его прикрыть, надо на него сознательно нажать. Но при любом сбое он снова полностью откроется.

— Ты меня опередила! — развёл я руками. — Предохранитель должен был стать следующим уроком. А теперь нажми на этот клапан, и посмотри, что будет.

Следующие пять минут Ариэль, хихикая, проверяла свою новую суперспособность: специально замедляла регенерацию, позволяя хмелю ударить в голову, а потом открывала на полную и почти мгновенно трезвела. Под эксперименты благополучно ушёл второй шот абсента. Наконец она удовлетворённо кивнула.

— Работает как часы! — принцесса вскочила, совсем чуть-чуть пошатнувшись. — Ну что, продолжим вечеринку? Теперь я во всеоружии.

— Нууу-с-с, Паша! — я повернулся к бармену. — Приступим!

— О-о-о-о, да-а-а! — я запрокинул в себя шот с названием «Моё Почтение», ударил пустой рюмкой о барную стойку и выдохнул, чуть не прослезившись. — Ху-х! Реально моё почтение.

Ариэль тем временем тянула через трубочку горящий слоёный коктейльчик. То ли «Зелёную Фею», то ли «Матушку Ветровоск», а то ли «Эвтаназию». Я уже запутался. Но судя по цвету одного из слоёв, абсент там был наверняка.

— Так! — я хлопнул в ладоши и заглянул в меню. — Дорогой мой друг Павел, а теперь давай вот этот столбец. От «Заботливых Отцовских Ног» и до «Посольства Ада».

— Будет сделано, — улыбнулся бармен, смахнув со лба пот, и в который раз взглянул на нас с неподдельным уважением.

По его понятиям, мы с рогатой уже давно должны были ползать по полу, мычать и ронять слюни, а скорее даже лежать в реанимации. Кажется, общее число выпитых нами шотов уже перевалило за сотню. Четверть меню сделали! Хех! А впереди ещё столько всего вкусного!

С печатью Ариэль разобралась на редкость быстро. Быстро и глубоко. Инферна смогла не вырубить, а именно что притушить печать так, чтобы организм воспринимал все плюсы алкоголя за здрасьте, а минусы сразу же нейтрализовывал.

В голове, как говорится, зашумело.

— А! — вспомнил я. — Паш! И себе чего-нибудь сделай, ладно?

— Гхым, — бармена аж передёрнуло, так что у него смазался коктейль, как раз бывший в производстве. Павел поднял на меня испуганные глаза. — Простите, но… но я с вами пить не буду.

— Не уважаешь⁉

— Нет, — Павел проглотил комок в горле. — Боюсь.

Вечер выдавался просто восхитительный. Сперва мы с Ариэль включили музыку, но… нет, не танцевальную.