Но Нарену это волновало меньше всего. Ведь сейчас все её мысли крутились вокруг:

— Ариэль!

— Нарена, встань, пожалуйста.

Рогатая принцесса отнеслась к своей несостоявшейся убийце тепло. Гораздо теплее, — по мнению Нарены, само собой, — чем та заслуживала.

— Прости меня, пожалуйста, прости!

— Гхм, — прокашлялся Михаил Александрович. — Я, пожалуй, пойду. Просмотрю бумаги. Зверёк и семена уже готовы…

И действительно. Для транспортировки йурра была закуплена самая продвинутая клетка из всех, что удалось быстро найти. Три яруса, пара домиков для уединения и сна, почти что фитнесс-зал с брусьями и колесом для бега, автоматическая кормушка и даже стилизованный автоматический фонтанчик вместо поилки. Не факт, что чудо-огородник оценил все эти ништяки, но…

Короче говоря, чтоб все так жили…

И пускай неволя — она и есть неволя, но заботу о себе зверёк оценил и вёл себя тихо. Возможно, решил, что находится в отпуске. А может, просто не чувствовал от окружающих людей угрозы.

— Прошу тебя, вставай, — Ариэль насильно подняла Нарену с колен.

— Ариэль, я так виновата и…

— Всё, — рявкнула принцесса. — Я не злюсь. Всё хорошо. Ты прощена. Уясни это, пожалуйста, и давай уже приходи в себя.

— Хорошо.

— И кстати, нам пора, — Ариэль как раз собиралась уходить, когда Патриарх привёл Нарену.

— Куда? — не поняла та, утирая слёзы. — Куда пора?

— Ты же до завтра здесь?

— Да, у меня утром обратный рейс.

— Вот и отлично, — Ариэль решительно потащила её за руку на выход. — Пошли, сейчас будет молебен…

— Какой… какой молебен?

— Пойдём, всё увидишь.

Ариэль просто пошла к выходу из дома, и Нарене ничегоне оставалось, как пойти следом.

— Садись, — распорядилась Ариэль, сама садясь за руль бронемашины. — Погоди, я сейчас сиденье освобожу…

Пять минут и девушки добрались до тёмного, будто обесточенного здания казармы.

— Тишина какая, — поёжилась Нарена. — Что происходит-то?

И впрямь.

Промозглый осенний вечер, пахнет прелой листвой. Над головой россыпь тусклых звёзд, на юге засвеченных заревом города. Воздух неподвижен и, кажется, сама природа стоит на паузе; чего-то ждёт.

— Пойдём, — сказала Ариэль и изо рта у неё вырвалось облачко пара.

Вслед за принцессой Нарена двинулась к казарме. Что за молитва? — вертелось у неё в голове. — Что тут вообще происходит?

— Сегодня нам нужны все, — заглянув ей в глаза, серьёзно сказала принцесса и открыла дверь.

— Ох, — вырвалось у Нарены.

Первое, что бросилось в глаза — это свечи.

Тысячи и тысячи горящих свечей. На Нарену буквально накатила волна приятного жара, пахнущего жжёным воском — очень приятная после непривычно холодной русской осени. А между свечами сидели инферны.

Всё её племя, все четыреста с половиной сотни девушек, сидели прямо на каменном полу, образуя ровные круги.

Общий молебен, древняя традиция, — дошло до Нарены. — Призыв к богам, когда проблему не получается решить своими силами.

И тишина кругом.

Приветственные кивки знакомых и улыбки. Искренние, безо всяких издёвок. Кажется, на всём свете выходку Нарены до сих пор не простила лишь она сама.

— Найди место, — негромко сказала ей Ариэль, а сама двинулась в центр круга…

ㅤ

— Сёстры! — повышать голос Ариэль не пришлось, в казарме стояла полная тишина, да и акустика здания способствовала.