|
Чувствуя, как из ушей потекла кровь, все же нашел в себе силы призвать молот и, усилив удар "Всплеском ярости", со всего размаху приложить раненого волка по голове. Такой силы удара череп зверя не выдержал, превратившись в месиво мозгов, костей и клочьев шкуры.
– Уф-ф, – невольно выдохнул я, роняя молот и срывая с головы шлем. Склянка с зельем лечения, выпитая залпом, постепенно убрала гул в ушах, вторую влил в глотку Сварга, до сих пор не пришедшего в себя.
– Вас на минуту нельзя одних оставить, чтоб вы прожили её спокойно, – дочь Перуна, оказавшись на земле в истинном облике, подошла к убитому зверю, – ух ты, какая славная добыча. Могу я взять с неё пару трофеев?
Я устало махнул рукой, мол, делай что хочешь и стал наблюдать, как богиня небольшим свежевальным ножом сноровисто разделывает тушу волка, периодически ругая меня за испорченные клыки, два из которых сломались от удара молотом.
"Зафиксировано повышение уровня. Имеются 6 нераспределенных очков характеристик."
Сообщение от Стража, как всегда, появилось внезапно. Хитрый неживой разум, помня о моём требовании не выдавать тексты во время боя, ничего не нарушил. Я сейчас в таком положении, что любое усиление будет к месту, но, как обычно, забыл про дополнительные очки характеристик.
– Справка, – тут же передо мной высветилась вся информация по моим характеристикам. Я уже давно заметил, что в бою мне не хватает подвижности, поэтому без раздумий вкинул все свободные очки в ловкость, сделав её второй по количеству очков характеристикой.
– Чего замер, Тёмный, до ночи нужно оказаться у подножия гор, – отвлекла меня от чтения богиня охоты, – следует поспешить.
И мы поспешили, да так, что чуть не вляпались в умело расставленную ловушку.
Откуда в степи появились гигантские пауки, я даже представить не могу. Эти порождения Нави, любящие сырость, сумрак и ненавидящие солнечный свет, никак не могли здесь оказаться, но все же они были.
Огромная паутина, диаметром с десяток саженей, располагалась прямо на пожелтевшей от солнца траве, сливаясь с ней. Нам повезло, что мы задели её лишь с краю. Сварг наступил на одну из нитей левой передней лапой и намертво прилип к ней. Хорошо, что он не стал вырываться, а резко остановился, рухнув на пузо и проехав по земле пару локтей. Я тоже не стал мешкать, сформировал топор и четкими, резкими ударами обрубил липкую и толстую, с указательный палец, паутину, освободив питомца. Мои действия очень не понравились хозяевам гигантской ловушки и они решили нас наказать.
Три здоровенных паука, два тридцать седьмого и один более крупный, сорокового уровня, выскочив буквально из земли, тут же рассредоточились, попытавшись загнать нас на паутину, где мы явно не имели шансов отбиться.
Я, не долго думая, ударил самым сильным из известных мне заклинаний, "Волна разрушающая" рванула на встречу тварям, охватывая собой всех троих. Я ожидал любых последствий, но их почему-то не последовало. Разрушительная магия словно обогнула нечисть, не причинив никакого ущерба. Похоже, у пауков-переростков защита, как у меня, промелькнула мысль, в то время, как молот с характерным шелестом нёсся к более крупной твари. Хлюпающий звук и противников осталось двое, третьего унесло вместе с молотом, что было не очень хорошо. Сварг, постоянно облаченный в доспех, на такой вот неожиданный случай, не спешил сближаться с тварями и я его отлично понимал. С бритвенно острых жвал пауков капала ядовито-зелёная жидкость, а траву, на которую она попала, тут же разьедало без остатка.
– Сварг, за спину, – бросил я питомцу, забирая с него часть брони для формирования лука. Возвращать молот не стал, вдруг он весь покрыт ядом. Хоть я и закован в броню, но есть сочленения и лицо открыто, а яд может не только разъедает, но и смертельно опасен для живых. |