— Ты бы никогда не причинил мне боли, Михаил, и не важно, что вызвало бы твой гнев, — тихо и с полной уверенностью сказала Рейвен.

— Ты всегда в безопасности рядом со мной, — согласился он, — но я не могу сказать то же самое про остальных, кто попытается отнять тебя у меня. Все мои люди обладают телепатией. Сильные эмоции, такие как сексуальное возбуждение, невозможно утаить.

— Ты хочешь сказать, что те из вас, кто женится...

— Берет Спутника жизни, — поправил он.

— Они никогда не изменяют друг другу? — скептически спросила она.

— Только не истинные Спутники жизни. Но это отдельный случай...

Рука Михаила сжалась в кулак. Бедная милая Ноэль, так одержимо желавшая Рэнда.

— Некоторые предают выбранного Спутника, поскольку не испытывают тех чувств, которые должны бы испытывать, а иначе это невозможно. Вот почему так важно абсолютное единение сознания, сердца, души и тела. Как я познал это с тобой.

Ритуальные слова не могли связать двоих, которые уже не были бы единым целым. В жизни соединяются только две половинки одного целого, но он не мог найти слова, чтобы выразить это так, чтобы она поняла.

— Но, Михаил, я не принадлежу к твоим людям.

Она начала понимать, что между ними существуют более глубокие различия, чем традиции, о которых ей следует знать, принять к сведению.

Он измельчил травы в чашке и добавил смесь в воду в ванной. Это поможет ей справиться с болью.

— Ты узнаешь, если я дотронусь до другой женщины.

— Но ты можешь заставить меня забыть, — вслух удивилась она, а от легкого неудовольствия уголок ее рта дрогнул.

Он почувствовал, как ее сердце сильно забилось, внезапное сомнение появилось в ее сознании.

Он присел рядом с ванной и обхватил ее лицо своими нежными пальцами.

— Я не способен предать тебя, Рейвен. Я могу заставить тебя согласиться ради твоей же безопасности или защиты, ради твоей жизни и здоровья, но я не способен на измену.

Кончиком языка она тронула нижнюю губу.

— Не заставляй меня ничего делать, пока не спросишь, как сделал тогда, когда мне было плохо.

Михаил спрятал улыбку. Она всегда старается казаться такой твердой, у нее явно больше храбрости, чем здравого смысла.

— Малышка, я живу только ради твоего счастья. А теперь мне надо ненадолго уйти.

— Ты не можешь выслеживать убийц в одиночку, Михаил. Я имею в виду — это слишком опасно. Если это именно то, что ты собираешься делать...

Он поцеловал ее, искренне рассмеявшись.

— Бизнес, Рейвен. Принимай ванну, посмотри дом, книги, все, что захочешь. У меня масса работы помимо компьютера, и если захочешь, можешь попробовать свои силы в рассмотрении предъявляемых ко мне претензий.

— Именно так я и планировала провести вечер.

— И еще кое-что.

Он почти ушел, но так же быстро вернулся. Взял ее руку в свою.

— Твой народ поймет это как знак того, что ты занята.

Она спрятала улыбку. Он был таким собственником, напоминая дикое животное, которое метит свою территорию. Как те волки, что свободно разгуливают по его лесу. Она с трепетом дотронулась до кольца пальцем. Оно было антикварное, золотое и с огненным рубином, окруженным бриллиантами.

— Михаил, оно прекрасно. Где ты его достал?

— Оно хранилось в моей семье несколько поколений. Если ты предпочитаешь что-нибудь другое... более современное...

Оно выглядело так, словно было создано для нее.

— Оно великолепно, и ты это знаешь. — Она дотронулась до кольца с благоговением. — Я влюбилась в него. Иди, но поскорее возвращайся. А пока тебя не будет, я раскрою все твои секреты.