— И на этот раз трофеем стала человеческая жизнь! — жестко добавила Мэри.

Куин покосился на нее и слегка пожал могучими плечами:

— Время от времени такое случается. И, я предполагаю, будет случаться все чаще и чаще — по мере роста туризма и появления на здешних землях новых владельцев из больших городов. Большинство этих людей понятия не имеют, как обращаться с огнестрельным оружием.

Парень, что застрелил вашу подругу? Да он ни ухом ни рылом не смыслит в охоте. Он и не знал, что попал в Люси. Он ее даже не видел. Прошло два дня, прежде чем тело обнаружили.

— А кто это был? — спросила оцепеневшая Мэри, желая узнать имя, представить себе человека, повинного в смерти ее подруги.

— Доктор Графтон Шеффилд. — Куин повернулся на стуле к огромному черному шкафу с папками, — Доверительно сообщаю вам это имя, — пробормотал он, перебирая папки толстыми пальцами. Наконец Куин извлек одну из папок и проверил ее содержимое. — Пластический хирург из Беверли-Хиллз. Когда до него дошла молва о случившемся, он приехал и признался, что охотился в тех местах. Страшно переживал. На суде все время плакал. Во всем содействовал следствию.

— Можно посмотреть результаты баллистической экспертизы?

Брови Куина поползли вверх.

— Шериф, я шесть лет проработала судебным секретарем, — пояснила Мэри, — и достаточно поднаторела в таких делах.

Потирая уголок рта кончиком пальца с обгрызенным ногтем, Куин изучающе смотрел на Мэри. Наконец он кивнул, вынул из папки тонкую пачку машинописных листов и протянул их через стол. Мэри пробежала взглядом предварительный отчет.

— От убившей Люси пули ничего не осталось, — сказал Куин. — Она прошла навылет и ударилась в камень. Так что мы не могли провести баллистическую экспертизу. В том месте повсюду валялись гильзы от семимиллиметрового «ремингтона», которыми пользовался Шеффилд. Он признался, что был в том районе, не зная, что выехал за пределы земель Брайса. Признал свою вину без споров.

— Вы хотите сказать, что дело уже закрыто? — ошеломленно спросила Мэри. — Разве это возможно?

— В здешних местах колеса машины правосудия крутятся довольно быстро, — пожал плечами Куин. — И не следует сбрасывать со счетов, что Шеффилд — приятель Брайса. А Брайс пользуется здесь немалым весом.

— Так, значит, Шеффилд сейчас в тюрьме? — с надеждой спросила Мэри, заранее зная, какой ответ она получит. Пластические хирурги из Беверли-Хиллз не садятся в тюрьму за несчастные случаи, собственную вину в совершении которых они готовы признать.

— Нет, мэм. — Внимание Куина снова привлекло происходящее в приемной участка. Байкер вскочил на ноги, волоча за собой прикованный к его запястьям стул.

Куин стал медленно подниматься. — Он признан виновным в неосторожном обращении с оружием. Год условно и тысяча долларов штрафа. Прошу прощения, мэм! Шериф выскочил за дверь и бросился в возникшую свалку. Какое-то время она изумленно наблюдала развернувшуюся за стеклянной стеной сцену: Куин с помощниками и волосатый мамонт носились по комнате. Потом взгляд Мэри упал на папку, лежавшую на коленях.

Она взглянула на заметки, сделанные полицейским, начавшим следствие, потом — на комментарии Куина. Отчет коронера  был поразительно кратким: Причина смерти: огнестрельное ранение.